Чистилище

Этот древний форт, эта горная крепость – станет костью в горле алчных рыцарей! Мы сдержим первый напор наступления, не дадим врагу беспрепятственно пересечь перевал Дурн-фар!

Вдохновенная речь богато одетого, статного, прямо-таки величественного Аддерли – практически никого не вдохновляла. Судорожно сжимающие алебарды, гизармы и рогатины солдаты, не спешили радоваться выпавшему шансу. Должно быть – не успели осознать собственного счастья.

– А вскоре, – продолжал тот, – вскоре подоспеют мобилизованный части из Нима и Кардана.

И погонят ненавистного врага, споткнувшегося о нас!

Услышав про скорое подкрепление, многие несколько оживились, послышались первые одобрительные возгласы.

– Ага… споткнувшегося о наши обезображенные туши. – Угрюмо пробурчал Джим, пока вошедший во вкус оратор, вещал о близком триумфе и славе доблестных защитников. – Этот раскрыленный петушок гладко стелит, но суть то одна…

– Согласен, – кивнул Джастин, – нас тут полторы сотни.

А сколько идет лайонелитов. И сколько ждать наших?

– А меня вон шо заботит, – вклинился тип со шрамом, – чаво они так с капитаном лаятся? Наш-то Ботрайт – мужик толковый, а энтот – неизвестно.

– Как я понял, – Джастин задумчиво огляделся по сторонам, – раз мы все служим Гастману, то он и решил поставить в Дурн-фар своего человека. Весь контингент его – значит и форт его. И плевал он на ландфрид и всех союзных феодалов.

– И на кой, – удивился Джим, – графу все это? Наоборот, другие бы князьки своих людей прислали, раз уж мы тут с год сидим.

А то как-то… щедро получается. Своих на баррикады значит, да в обгон всех прочих… Не жалеет нанче людей Гастман, ох не жалеет, не то, что раньше.

Караулы на стенах утроили, и потому Джастин попал в столовую уже ближе к вечеру. Здесь, как и на всех постах, только и говорили, что об очередном рейде лайонелитов. Спорили и гадали о том, будет ли это быстрая, в пару недель, операция, предполагающая только грабеж деревушек и пригородов, да сжигание холуп.

Или все-таки близится настоящая, большая война, с осадами и штурмами городов.

В Бирне, стране огромной, и вечно раздираемой междоусобицей, войны, стычки и взаимный террор не были чем-то новым. После свержения королевской династии Аргайлов, более двухсот лет назад, землю, как и власть, поделили феодалы наместники. Сначала герцоги, из разных ветвей правящей семьи.