Чистилище

– Нет, – после недолгого молчания возразил Джастин, – тогда нас еще не надо было запугивать…

– А и правильно! Боги – свидетели, капитан знает, что делает. – Подвел итог лейтенант Картер Дей.

– Правильно… неправильно, – задумчиво протянул Рональд Брикман, – а уже не важно. Ничего ведь не воротишь. Так что – за нас все решили. Может оно и к лучшему, но как бы молодые…

Тревожный рев сигнального рога прервал лейтенанта на полуслове. С момента убийства, или как объявил капитан – казни, Говарда фон Аддерли, миновало сорок пять минут.

С момента объявления ультиматума лайонелитов – ровно час. И, несмотря на то, что бренное тело незадачливого командующего болталось над воротами уже довольно долго, львы выждали обещанный срок.

– Вот и решение, – с искренней улыбкой воскликнул Дей, возбужденно поглаживая красивую фигурную гарду рапиры, висевшей на поясе, – не думай о новобранцах, Рональд. Ибо им сейчас будет некогда думать.

– Мать твою, Берти! Какого дьявола ты вцепился в этот арбалет? Положи сюда.

Да осторожней! Тебе тока говно лопатой кидать. – Марлон расхаживал по участку стены, длинной в дюжину шагов, вверенному ему и его десятке. – Какой стрелять? Стрелять будешь, когда я скажу! А пока будешь перезаряжать за Джастином. Эй, Свинопас! Тебя это тоже касается. Вон, ручонки то так и ходят. Тоже мне – охотник. Бздливый балабол. За тебя стрелять будет Сэми. После первого залпа перезаряжаешь ему. И шибче! Шибче!

Проходя мимо Бенджамина, он с силой хлопнул его по плечу.

Корявую физиономию гиганта исказило подобие улыбки. Марлон шутливо поежился. Подмигнул Джастину, тот ответил так, что бы слышали все.

– Ты просто губил свой талант сержантище! Радуйтесь парни! Ваш десятник знает, что говорит. Но не ждите неприятеля слишком скоро. Прежде нас, их обстреляют парни лейтенанта Дея.

– Эй, дерьмоед! Да-да ты, курья жопа! Еще раз ударишь осла – впрягу место него. – Картер Дей, невероятно гордившийся своими манерами и знанием придворного этикета, при общении с личным составом переходил на более понятный и привычный им язык.

 – А ты, десятник! Ежели ногу боишься о его зад отбить, то сейчас я отобью о твой!

Лейтенант заканчивал последний осмотр пары крупных требушетов. Самых современных из всех, находившихся в его ведении. Его особой гордостью были системы перезарядки и наведения. И то, и другое – не было полностью его изобретением, но он участвовал в их разработке. Или, по слухам, в краже чертежей.