Антиполиграф для чайников. Вся правда о детекторе лжи

А я был одним из тех, кто помогал его вращать. Да, по умолчанию оно тупо смотрит вверх и ничего не видит. Его каждый раз требуется направлять и поворачивать в нужную сторону, так как оно работает исключительно на ручном приводе.

Всё, что относилось к сфере религии, духовных практик и прикладного применения технологий психологического влияния на людей, являлось сферой моей деятельности. Это было моей работой, моим хобби и моим научным интересом. Я с удовольствием общался с ними, изучал их, дружил с некоторыми из них, писал диссертацию и даже выпустил по этой теме занудную наукообразную книжку (она правда занудная, не нужно её читать).

Словом, фактически государство больше двадцати лет платило мне деньги за занятие своим хобби.

Не отважусь сказать, что я знал по этой линии всё, но моих знаний было достаточно, чтобы почти десять лет координировать работу экспертного совета по религиоведению при другой тоже довольно серьёзной структуре. Указанный совет решал вопросы «жизни и смерти» в отношении ряда таких объединений и пользовался среди них дурной репутацией.

«Шестисотого» «Мерседеса» у меня, к сожалению, не было. Но и святым я тоже, чего уж греха таить, не являлся. Тем не менее проверки на полиграфе мне удавалось проходить без особых проблем. Возможно, сказалась длительная командировка в не самую холодную точку, научившая меня ценить жизнь и не обращать внимания на всякую ерунду вроде полиграфа. Возможно, длительное общение со странными людьми, являвшимися настоящими мастерами психологического влияния, принесло свои плоды, сделав меня невосприимчивым к менее изощрённым манипуляциям.

Но факт остаётся фактом: полиграф я проходил влёт, чего не скажешь о многих друзьях и коллегах, которые объективно были умнее, честнее и порядочнее меня.

Чем больше я думал о «детекторе лжи», тем больше мне хотелось подробнее разобраться в его работе, понять принципы его действия и найти разгадку такой фантастической избирательности.

Так я пошёл учиться и вскоре официально влился в нестройные ряды полиграфологов.

Вообще, людей в погонах среди представителей этой профессии довольно много. Более того, они стоят у истоков большинства крупных полиграфных школ. Поэтому можно сказать, что проблем с социализацией и адаптацией у меня не было. Но была другая проблема. Время от времени ко мне обращались близкие и не очень друзья с вопросами схожего содержания: «Слушай, друг! У меня скоро „провода“. Я знаю, что ты умеешь их проходить.