Медуза

– И… ты прибыл издалека?

– Да, – голос Персея был тихим. – Не знаю, смогу ли я когда-нибудь вернуться.

«Еще одна наша общая черта, – подумала я, взглянув на чаек, высоко круживших над нами. – Держись, Медуза, – сказала я себе. – Возможно, у вас похожие судьбы, но Персею лучше не знать причину, по которой ты находишься здесь». Как это объяснить? С чего начать?

Его голос звучал так безутешно, что мне пришлось думать, как подбодрить Персея.

– Расскажи мне о своем детстве, – сказала я.

Он рассмеялся, и я почувствовала слабость даже в костях.

– Оно было более странным, чем твое, – ответил он.

– С чего ты взял?

– Слушай, у тебя пара бессмертных сестер, но…

– Тогда, – начала я, чувствуя головокружение, – докажи это.

– Хорошо. Мой отец – Зевс, – признался он.

– Нет!

– Да.

– Зевс-Зевс? Король всех богов?

– Тот самый.

– Вот это да.

Это объясняло исходившую от Персея светящуюся ауру, когда он стоял на палубе. Я была рождена с серебряной ложкой во рту, но мечтала о золотой.

Я засмеялась – впервые за четыре года. Ощущение, будто живот переполнен пузырьками, а в самой крови – колющая надежда. Я могла бы заплакать от радости. Я все еще в состоянии смеяться! Мало что с тех пор ощущалось настолько приятным.

– Ты мне не веришь? – спросил Персей.

– О, верю, конечно, – ответила я.

– Мою мать зовут Даная, – продолжал он, – ты бы ей понравилась.

– Откуда ты знаешь? – спросила я, радуясь, что Персей не заметил, как я покраснела.

Дафна, моя самая красивая змея с черными и золотистыми отметинами, ударила меня по лбу, словно заставляя принять комплимент.

– Просто предчувствие, – сказал Персей. – Еще до моего рождения отец запер ее в башне.

– Зачем?

– Потому что было пророчество, что его убьет сын, рожденный от его дочери.

– И это правда?

– Я не убийца, Мерина, – резко ответил Персей.

– Конечно, нет, – произнесла я и поморщилась: как я могла обидеть его? – Мне жаль.

– Все в порядке. Насколько я понял, только ты решаешь, верить или нет тому, что другие говорят о твоем будущем. Они всегда преследуют свои мотивы. Но мой дедушка впитывал каждое их слово. Он стал одержим этим пророчеством. И это было несправедливо. Моя мать так и не простила его. Она обычная женщина, которая не сделала ничего плохого, она просто жила.