Три вещи, которые нужно знать о ракетах. Дневник девушки книготорговца

На полу лежали восточные ковры, в остальном же в комнате было почти пусто: в дальнем углу стоял рояль, а вокруг телевизора и консоли для видеоигр валялась пара скейтбордов и кресел-груш. Декор, вполне подходящий для съемочной площадки фильма «Большой», где Том Хэнкс играет двенадцатилетнего мальчика, внезапно оказавшегося в теле взрослого мужчины.

– Комната для игр, – сказала я, переступая порог, и услышала, как мой голос эхом разносится по гостиной, отражаясь от высокого потолка.

Тейт сел за стоящий у дальней стены рояль.

– В точку, – отозвался он и заиграл Баха – так мастерски, что я растерялась. – Прости, я давненько не играл! – крикнул он поверх музыки. Из-под его пальцев безо всяких усилий струились аккорды, которыми гордился бы даже профессиональный пианист.

Как оказалось, я была не единственным слушателем на этом концерте. Сквозь раздвижные двери справа от меня я увидела внутренний двор и гостей, толпившихся на террасе и вокруг большого, хорошо подсвеченного бассейна. Похоже, вечеринка была в самом разгаре.

Одно из окон распахнулось, и снаружи на подоконник облокотилась стройная, молодая азиатка. Пытаясь перекричать музыку, она обратилась к Тейту:

– Эй, именинник! Пора бы пообщаться с гостями!

Тейт перестал играть.

Девушке, как и мне, было двадцать с небольшим, она была в ярко-розовом бикини. Тейт, казалось, отвлекся на ее декольте, глядя, как она наклоняется ниже.

– Я говорю, гости заждались. Вообще-то это твоя вечеринка.

Внезапно мне показалось, что на мне слишком много одежды – сарафан и шлепки – да еще и на размер больше, чем нужно.

Несмотря на ночную прохладу, на роскошных женщинах не было почти ничего, кроме купальников, а мужчины, одетые в удобные шорты и поло, выглядели так, будто только что вернулись с поля для гольфа. Дорожку через сад освещали небольшие фонарики, от которых воздух казался теплее, словно солнце не заходило вовсе. Я окунула руку в бассейн и тут же пожалела, что не взяла с собой купальник. Вода была приятно теплая, как в большой ванне.

В дальнем углу бассейна известный киноактер присматривал за своими детьми, которые плескались там, где помельче. Я почти осмелилась подойти и сказать: «Привет друзьям из Бостона», но решила, что это все же не лучшая идея. Я не хотела его беспокоить, тем более показаться занудой. В общении с голливудской элитой существовало негласное правило: не беспокоить. Сказать «я ваша большая поклонница» – это еще куда ни шло, а вот проявлять назойливость было недопустимо.