Абсолютная вера в любовь

Себ ожидал, что она будет тронута великодушным предложением.

Недоверчивый смешок, вырвавшийся из очаровательного рта, несколько шокировал. Чувствительный удар. Себ почувствовал, как болезненно отозвалось его самолюбие.

– Мы же не герои старинного романа, Себ, и вы не запятнали моей чести. Нет нужды идти на такие жертвы.

Ударение, сделанное на последней фразе, производило уничижающее впечатление.

– Для чего же было приезжать? Мне показалось, что вам нужна моя помощь. Или вы приехали за деньгами? Это так?

Возможно, ситуация не более чем умная провокация.

Руки невольно сжались в кулаки, пришлось сделать затяжной вдох, чтобы подавить признаки гнева. Негодование Дейзи выглядело настолько убедительно, что тиски, сдавливающие его грудь, немного ослабли.

– Я подумала, что вы должны узнать об этом первым, вот и все. И приехала не для того, чтобы просить денег, замужества или чего-либо еще.

– Понятно, вы собираетесь все делать в одиночку. А я-то зачем понадобился? Перехватить малыша на выходной и сводить в парк? Переночевать раз в месяц? – Себ вложил такую бездну презрения в каждое слово, что Дейзи побледнела и невольно отступила, нащупывая ручку дверцы автомобиля.

– Ну, я, честно сказать, еще не заглядывала так далеко вперед.

Он старался, чтобы голос звучал рассудительно, попытался развить полученное небольшое преимущество.

– А как же ваша работа? По пятнадцать часов в день, по выходным? И не только по выходным. Нынче люди женятся в любой день недели.

Как же вы собираетесь ухаживать за малышом?

– Уж что-нибудь придумаю.

Прозвучало вызывающе, но в глазах мелькнула тревога, а ее рука все шарила в попытке нащупать ручку дверцы. Себ вложил в голос всю силу убеждения.

– В этом нет нужды. Просто выходите за меня.

В ее глазах отразилось замешательство.

– Зачем, скажите на милость, вам жениться на ком-то, кого вы едва знаете? И почему я должна соглашаться на подобное безумие?

Себ широким жестом обвел окрестные леса и поля, озеро и мрачную громаду замка, царственно нависшую над мирным пейзажем.

– Потому что этот ребенок – мой наследник.

– Что?

– Этот ребенок – мой наследник. Наш ребенок. Наследник Хоуксли.

– Не смешите меня. Какое отношение замок может иметь к ребенку?

– Не только замок, еще и поместье, и титул, и все остальное.

– Но вы ведь просто рабочий, не так ли? У вас только лопата, толстовка и этот офис.

– Рабочий?

Он начинал понимать.