Она со мной

Аннализа выглядят абсолютно по-другому, чем в школе: она сменила привычный готический стиль, включающий черную одежду и темный макияж, на ярко-розовое платье и легкий макияж. Она даже светлый парик надела! Я ее сначала и не узнала.

Ноа наливает десять шотов, и каждый из нас пьет по два, быстро опрокидывая рюмки. Я со стуком ставлю рюмку на стойку и морщусь: первые шоты всегда ужасны на вкус. Пока Ноа наливает нам еще по одной, к нему подходит парень с темными волосами, которого я смутно помню, и что-то ему говорит.

Судя по всему, что-то важное, потому что обычное беззаботное выражение пропадает с лица Ноа, и он становится предельно серьезным. Ноа пронзительно смотрит на Мэйсона и Джулиана, подразумевая что-то определенное, и они оба как будто напрягаются.

Мэйсон вздыхает, опрокидывает шот, затем поворачивается ко мне.

– Прости, Мишка-Кей, надо кое с чем разобраться.

Он отворачивается и уходит наверх вслед за Ноа и тем парнем. Джулиан быстро целует Аннализу в лоб, затем следует за Мэйсоном, оставляя нас двоих в одиночестве у бара.

– Что происходит? – спрашиваю я Аннализу.

– Ну, либо Эйден, либо незваные гости, либо драка, либо, может, все вместе, – вздыхает она.

– С ними все будет в порядке? – Я внезапно понимаю, что волнуюсь за Парней: за тех, кто мне нравится, конечно.

– Да, все будет хорошо. Такая чертовщина случается всякий раз, когда кто-то из них устраивает вечеринку.

Мы опрокидываем по третьему шоту. Какие-то девчонки подходят к бару и начинают болтать с Аннализой.

– Поищу Шер. Увидимся позже.

Я разворачиваюсь и направляюсь наверх на первый этаж, где музыка звучит куда громче. В доме однозначно прибавилось народу. Я их не знаю, но все они, вероятно, из школы.

Проверив телефон, я нахожу сообщение от мамы: «Только сошла с рейса. Будь осторожна, Амелия. Постарайся не привлекать внимания. Попробую позвонить тебе позже, когда буду в отеле».

– Тоже люблю тебя, мам, – говорю я себе под нос.

И в ту же секунду чья-то жесткая рука с силой хватает меня за предплечье.

Сердце мгновенно разгоняется: я понимаю, что меня держат. Я поворачиваюсь и вижу чью-то широкую грудь. И вот, подняв голову, я заглядываю в темные глаза парня, который точно не ходит в старшую школу Кинг-Сити. Этот взъерошенный тип здоровый, как футбольный полузащитник. В другой руке, которой он меня не держит, у него пиво. Он пугает меня, и я не жду от него ничего хорошего. А тот факт, что он все еще меня не отпускает, лишь усугубляет панику.