Асхал. Сборник прозы и белых стихов

Правило, которому подчинялись все племена, гласило: «смерть слабым». Кому нужна обуза, даже если это родной сын, когда и так с трудом удалось оградить людей от хищников? На рассвете, муж, удерживал руками жену, когда мальчика сажали в седло перед кочевником из того же племени. Ногу малыша обмотали небольшими клочками шкур так, чтобы ребёнок не дергался, причиняя себе ещё большую боль. Скоро его муки прекратятся.

Наверное, будь сейчас не время жертвоприношений, и выдайся лето менее жарким, людям бы не пришлось отдавать мальчика хищникам, чтобы хоть немного увеличить количество жертв.

Палящее солнце и так унесло много молодой животины, и племена, отрывая от сердца, впервые отдавали более половины стада. Но даже так для жертвы этого было мало, кочевники страшились того, что хищники выйдут из лесов, чтобы наказать их за это. Поэтому даже ёку, видящие как мальчика отправляют на смерть как овцу, не могли сказать слово вождю поперёк. В конце концов, тот отправлял на съедение не просто мальчишку, а своего внука, и корил себя за это.

Ребёнок же и вовсе не знал, куда его везут, лишь доверчиво прислонился к парню, что управлял лошадью, сидя за мальчиком. Пятнадцать кочевников с грустью взглянули на задремавшего малыша, которому не исполнилось и пяти лет. Его выгоревшие за лето золотистые волосы сейчас были белыми, а светло-голубые глаза, доставшиеся от отца, были прикрыты веками с пушистыми ресницами. Бедный, нежный и несмышлёный мальчик даже не мог подумать, что его ждёт в конце поездки.

Кочевники прибыли к закату, стадо нервничало и не хотело переступать черту леса. Как будто чувствуя, что пока они находятся на степных землях, никто на них не нападёт. Но люди достали хлысты и стали загонять стадо, беря их в полукруг, не давая сбежать обратно. Волей-неволей жертвы уходили в лес. Пока он был ещё редкий, и где-то вдали при свете дня можно было разглядеть озеро. А дальше шли древние деревья, настолько густо растущие, что даже при солнце в зените в реликтовом лесу было темно как ночью.

Кочевник, что вёз мальчишку, пересадил его на широкую спину коровы и погнал её с оставшимися животными в лес. Когда пятнадцать парней закончили, они подождали несколько минут, дабы убедиться, что никто не выбежал обратно, развернули скакунов и галопом помчались к своим племенам. А за их спинами послышалось радостное рычание, отчаянный вой, топот погони. Все эти звуки слились в сводящую с ума какофонию.