Практики трансформации души и тела

Не лучше ли все оставить на своих местах?

Предупредив читателя, автор снимает с себя кармическую ответственность за вольное восприятие материала и возможные неразумные действия со стороны незрелых странников. Каждый человек имеет право на собственное видение мира. В книге представлены техники медитаций, требующие здравого смысла и разумной меры достаточности.

Защитой от вторжения преждевременных знаний и неверной их интерпретации послужат сами знания. Давно известно, что человек способен осознавать лишь то, что входит в систему его верований и воззрений.

Ты сидишь, смотришь просто и прямо.

Помню имя твое – Гаутама.

В абсолютной гармонии мира

Смотришь ты, как с вершины Памира.

Отступает холодное пламя,

Как тоска нераскрытых желаний.

Не бушуют ветра над Памиром,

Припадая к подножью кумира.

Синевой опаленные звуки

Ниспадают на теплые руки.

Словно капли весенней прохлады,

Упадут в тень цветущего сада.

Чудный цвет бледно-розовых яблонь

Осыпается вниз, только тронь.

Лепестками весенней надежды

Наполняя складки одежды.

Ты сидел в ослепительно-белом,

И вокруг все сияло и пело.

Разлеталась весенняя нега

Лепестками цветущего неба.

Сергей Дорофеев

Глава 1. В ПОИСКАХ ЧУДА

В преддверии

Уходят мудрые от дома,

Как лебеди, покинув пруд.

Им наша жажда незнакома –

Увидеть завершенным труд.

Им ничего не жаль на свете –

Ни босых ног своих, ни лет.

Их путь непостижим и светел,

Как в небе лебединый след.

Дхаммапада

Дорожные заметки странника

Странник сидел в странном оцепенении. Его привычный и уютный мирок полетел в тартарары.

«Я заболел! Со мной что-то не то!» – вяло защищался он от Неведомого мира. Неведомый мир свалился как снег на голову. Странник не практиковал йоговские асаны, не погружался в медитацию на концентрацию внимания, не постился, не голодал, не путешествовал по параллельным мирам.

Он считал все это бредом инфантильных людей, фокусами или обманом. Он даже не читал эзотерической литературы. Просто он потянулся. Где-то в районе левого уха раздался мощный щелчок.

«Свернул шею…» – окатило холодным потом.

Человек недоуменно огляделся по сторонам. Шея не болела и находилась на своем месте. Правда, комната выглядела как-то по-иному. Вещи находились на своих местах, вот только освещались они внутренним светом. Все казалось выпуклым и серебристым.