Вундермастер. Призвание Морриган Кроу

Всё плохое, что случалось в семье, городе и Зимнеморской республике в целом, приписывали проклятой девочке. Лишь в самом конце последнего года она узнала, что ни в чём не виновата, но ощущение прочно отпечаталось в памяти. Что же, теперь проходить через всё это снова? Она уже была готова бежать – назад по длинной аллее к украшенным цветами воротам, но тёплая рука Юпитера твёрдо легла на плечо, поддерживая и ободряя.

Старейшина Алиот Сага топнул копытом, привлекая внимание.

– Значит, вы предпочли бы оставить её где-нибудь там, подальше, и позволить делать, что она хочет? Одни Вышние знают что?

– Да! – выкрикнула Хестер.

– Тогда можете уходить, – холодно отчеканила Квинн. Спонсоры растерянно переглянулись. – Те, кто хочет. Обстоятельства, конечно, необычные, и ваши опасения вполне понятны. Тем не менее Совет старейшин всё тщательно обсудил и принял решение. Мы не станем исключать мисс Кроу из группы 919 – вопрос закрыт.

– Просто невероятно! – прошипел Баз Чарлтон.

– Постарайтесь поверить, – парировала Квинн, и он угрюмо втянул голову в плечи.

Однако Хестер всё ещё не сдавалась.

– При всём уважении к высокому Совету, – произнесла она сквозь зубы, – я сильно сомневаюсь, что Вундерколлегия согласится потерять целых восемь новых талантливых учеников только ради того, чтобы сохранить одного опасного! Уверена, что вы измените своё мнение, когда эти восемь гениальных детей повернутся к вам спиной… Пойдём, Фрэнсис! – Она кивнула ученику и стала спускаться по мраморным ступеням к аллее.

– Тётя Хестер! – умоляюще прошептал мальчик. – Я хочу остаться. Отец был бы…

– Мой брат никогда не стал бы рисковать твоей жизнью! – перебила она, резко разворачиваясь. – Он ни за что не подпустил бы тебя… к Вундермастеру!

Старейшина Квинн откашлялась, прочищая горло:

– Уважаемые спонсоры, не забывайте, что решать за своих кандидатов вы не имеете права. Если кто-то из группы 919 сам хочет покинуть её, а тем самым и Вундерколлегию, пускай подойдёт и отдаст мне свой значок, не боясь наказания или каких-либо иных последствий.

Она шагнула вперёд и протянула руку. Наступила тишина, которую нарушали только предрассветные трели птиц в зарослях сада. Дыхание взрослых и детей вырывалось белыми облачками пара в морозном воздухе. У всех, кроме Морриган – она почти не дышала.

Ана поднесла дрожащие пальцы к своему значку и с горечью закусила губу. Фрэнсис виновато взглянул на тётушку.