Королевство

Я знаю день рождения каждого малыша в питомнике экзотических видов Воображаемой Страны, где ученые Королевства дают свободу своей фантазии, создавая такие красочные гибридные виды, какие Матушке-Природе и не снились. Полосатые, как зебры, слоны. Зубастые, как кошки, совы. Быстрые, как гепарды, волки. Арабские скакуны с огромными крыльями невероятно красивых бабочек.

Мы называем их слепнями.

Я даже знаю до шажочка каждое место около парка (а их там полно), где радиосигнал Королевства ослабевает настолько, что на короткое время утрачивается возможность его прямой трансляции, а сетевые подключения выходят из строя.

Мама, конечно, этого не одобрит, но мы с сестрами часто делимся друг с другом координатами таких мест, когда в течение дня кому-то из нас нужно уединиться. Места вроде Сказочного Леса, где деревья настолько высокие и толстые, что буквально блокируют сигнал. Стадион Морская Пучина, где Wi-Fi беспокоит китов. Дальше на север есть Арктический домик и рядом – Звездная обсерватория, где высоты такие большие, а температуры настолько низкие, что даже самые продвинутые роутеры там постоянно замерзают. И, конечно, лес за обителью Волшебниц, где крысы исцарапали, изгрызли и чуть ли не разодрали на куски все камеры видеонаблюдения в радиусе мили.

Однажды я подслушала, как один подсобный рабочий рассказывал другому о том, почему бесполезно изводить этих крыс. Оказывается, крысы разбивают камеры потому, что достают из них туго смотанные провода, которые затем раздирают на кусочки, чтобы строить из них гнезда и растить в них птенцов.

И поэтому бесполезно делать что-либо, чтобы помешать им.

Но иногда я думаю, что за этим стоит нечто большее. Иногда мне кажется, что крысы научились видеть себя в линзах и узнавать собственные отражения. И мне кажется, это делает их безумными.

Я подглядываю иногда за ними ночью: мечутся по углам, снуют вдоль водосточных канав, исчезая в темноте, как если бы они были ее частью. Королевство делает все, чтобы контролировать проблему, но со временем крысы выработали потрясающую нечувствительность к ядам, и все усилия, чтобы истребить их, редко дают хоть какой-то результат.

К счастью, днем они прячутся и остаются в канализационных каналах под парком, куда Мама не разрешает нам ходить, потому что это слишком опасно.

Ева говорит, что она там, конечно, была. Она говорит, что ей нравится чувствовать холодный влажный воздух подземелья. Слушать эхо собственных шагов, когда она ступает по гладкому бетону.