Паучья Королева

Кара не сразу сообразила, чего же тут не хватает.

– А где твой гримуар? – спросила она.

Новая вспышка. Дом тряхнуло ещё раз. Двумя этажами ниже что-то повалилось с грохотом. Грейс пошатнулась, но Кара подхватила её, не дав упасть.

– Выкинула я эту дрянь на дно старого колодца, – сказала Грейс. – С магией покончено. Всё!

Она горестно вздохнула.

– Но я, конечно, попробую загородить дверь. Видишь, я всегда готова помочь!

Грейс захромала прочь, стуча палкой по деревянному полу, и принялась ворочать ящики, перегораживая вход на чердак.

«К чему всё это было?» – спросила себя Кара.

Но размышлять над этим было некогда: Тафф уже принялся читать историю. Кара уселась на пол – стараясь не замечать трещин, назойливо змеящихся по полу, – и устремила взгляд на самое свежее изображение йонстаффа.

«И не какого-нибудь йонстаффа, – поправилась она, – а Врестоя! Раз у него есть имя, значит, он точно существует».

– Давным-давно, так давно, что и самые древние старики не упомнят, – нараспев читал Тафф то, что было написано на стене, – Время был розовощёким младенцем и ещё не очень-то умел управлять своими владеньями. День боролся с ночью, а ночь с днём, часы забывали, в каком порядке они следуют друг за другом, а иная минута, случалось, своё дежурство и вовсе проспит. Нет нужды говорить, что от этого люди терпели немало бед и невзгод. И тогда, чтобы помочь юному Времени, пока он не овладеет своим ремеслом, боги сотворили существ, которых назвали – йонстаффы.

Йонстаффы усердно взялись за дело и быстро уладили раздоры между днём и ночью, а часы научили разным хорошим способам не забывать, кто за кем следует. Но, конечно, труднее всего было с минутами. Минуты оказались такими лентяйками! День за днём йонстаффам приходилось тормошить каждую из них, чтобы те были готовы, когда настанет их черёд. Сами понимаете, это была прорва работы. Иной раз йонстаффы запаздывали, и тогда им ничего не оставалось, кроме как совсем останавливать шестерёнки времени, чтобы успеть выполнить свои обязанности и разбудить все минутки до последней. И когда доходило до остановки времени, эту задачу взваливали на самого младшего из йонстаффов, которого звали Врестой.

Кара зажмурилась, мысленно переводя Таффовы слова в образы. Ведь услышать историю было мало.