Джек Харт

Но в нашем случае происходило всё иначе. Два льва находились в укрытии и готовились к схватке. Затишье было недолгим. Сильный взрыв прогремел у входа. Ворота, словно листы бумаги, взлетели в воздух и упали на территорию компании. Впереди у ворот стоял мощный бульдозер с большим ковшом, но несколько выпущенных по нему ракет превратили эту махину в груду металла. Вход нападающим был открыт, и первыми двинулись на территорию компании бронированные машины. Началась перестрелка.

– Сержант, стреляй же из гранатомёта скорей, бронетранспортёр движется прямо на нас! Сержант! – крикнул я, но когда обернулся, то увидел жуткую картину.

Брайан лежал у гусениц бульдозера с простреленной головой. Из зажатого кулака торчала сине-красная лента – Кевин погиб, держа в руке Орден боевого креста. Мне не раз приходилось видеть смерть людей, но, когда погибали бойцы моей группы, я чувствовал себя виноватым. С ними я прошёл не один путь ада войны. В глубине души мы знали, что играем в прятки со смертью, но с каждым разом страх всё больше становился адреналином, и война тянула нас вновь к себе. Адреналин… Он как наркотик. Как подъём в горы… Каждый раз, когда ты поднимаешься по скалам, преодолевая сложные перевалы, несмотря на опасность, тебя всё равно тянет в горы, в эту бездну опасностей. Ты вновь идёшь, и вновь сталкиваешься с трудностями, идёшь по лезвию ножа. Если однажды ты поднялся на вершину, то горы вновь тебя потянут к себе! Это необъяснимое состояние души. И всё же ты снова идёшь на риск, подавляя свой страх, чтобы… наверное, доказать самому себе, что ты ещё жив и можешь что-то сделать невозможное! Я обнял Кевина и закрыл ему глаза, а Боевой крест положил себе в нагрудный карман. В эти минуты вокруг меня происходил хаос. Взрывались снаряды, со свистом пролетали пули, но я был в каком-то эмоциональной трансе и словно не замечал всего этого. Вскоре я пришёл в себя, утёр слёзы и вызвал по рации капрала:

– Капрал Адамсон, вы теперь моя правая рука, принимайте командование группой.

Сержант Брайан погиб! В ответ я услышал холодное восклицание: «Есть, сэр». – Капрал, уничтожьте вторую бронемашину, а я разберусь с первой… Я взял с пола ручной гранатомёт, прицелился на идущую в мою сторону машину и открыл огонь. Ракета разнесла башню броневика, он тут же загорелся. Я обрадовался и высунулся из-за ковша бульдозера, чтобы увидеть подорванную машину. В эту минуту капрал Адамсон произвёл ещё один выстрел с крыши офиса и поразил вторую машину.