Джек Харт

После этих слов мой спутник взял со стола целую пачку салфеток, отдал мне, и я увидела невероятное зрелище. Он дунул на салфетки, и они зажглись голубым пламенем. Я испугалась, что обожгусь, но пламя нисколько не обожгло меня, зато испугало тех существ, которые кружились над нами. Джек отвёл меня в угол ресторана и сказал, чтобы я не выпускала пламя из рук, а сам прошёл на сцену, к пианисту, и заказал испанскую танцевальную мелодию.

Ресторан был полон посетителей, они даже не догадывались, что происходит над их головами.

Джек, как искусный танцовщик, пригласил меня на танец, в зубах у него я увидела стебель алой розы, от этого я рассмеялась, и страх отступил. Мой защитник подхватил меня, как лёгкое пёрышко, и мы закружились в танце под танго «Фламенко».

В эту минуту я не чувствовала под собой ног. Мы кружились и парили над мраморным полом. Но вдруг вокруг нас в воздухе зажглось и запылало кольцо синего пламени. Наш танец – он словно создал вихрь внутри огня. И с каждым нашим поворотом в танце, с каждым вращением пламя разгоралось всё сильнее и сильнее.

Это было что-то удивительное и невероятное. Мы кружились в центре огня, а все твари, что окружали нас, попадали в вихрь пламени синего цвета и с диким воплем пропадали в пучине этого огненного круговорота. У меня закружилась голова, а дальше… когда я очнулась, я увидела, что лежу на кровати в своём номере, а рядом, на кресле, спит Джек, и на коленях у него лежит та самая алая роза, с которой он танцевал.

– Удивительно! – воскликнул журналист.

 – Романтика, переплетённая с мистикой и кошмаром!

– Да, этот день нас сплотил, словно огонь растворил в нас те стереотипы, с которыми мы жили всё это время. После случая в ресторане мы оба в глубине души понимали, что лучше нам держаться вместе, а это сражение с вампирами было для Джека своего рода боевым крещением. Когда он проснулся, я спросила:

– Что же это было, Джек? Я помню, как мы начали танцевать, а потом… что произошло потом?

– Потом… а что происходит с человеком, когда он выпьет достаточно много спиртного, – он совершает неадекватные, порой глупые, поступки, а когда протрезвеет, говорит, что ничего не помнит, – задумчиво, ответил Джек.

– Ты хочешь сказать, что ничего не помнишь о том, что произошло несколько часов назад?! – удивилась я.

– Нет, как раз-таки я всё помню! Но я не могу понять, откуда у меня взялось это знание, эта сила, мастерство?! Я всё делал мастерски, словно я практиковал подобное многие годы.