Сингулярность

Кажется, Дин была слишком громкой. – От кого надо спасать, так это от вас. Причем весь мир, ненормальные!

– О! Тебе надо писать колонку в газете «Сарказмы столетия», – не заставила себя ждать Дин.

Кэт раскрыла рот, чтобы продолжить баталию, но Макс взял ее за руку таким образом, что той пришлось отвернуться от нас. Он шептал ей в ухо, почти касаясь его губами. Я могла увидеть, как дыхание парня шевелит золотистые волосы девушки. Кэт рассмеялась, положила свою наманикюренную руку ему на колено и начала рассказывать что-то очень интересное, начисто забыв про спор.

С отвращением я отвернулась, стараясь выбросить их из головы. В этом хорошо помогало щебетание Дин, повествующее о новом молодом докторе, с которым она познакомилась во время болезни. Постепенно мыслями я унеслась в свое последнее путешествие.

На перемене подруга тут же оккупировала преподавателя, уговаривая его дать ей дополнительную работу, чтобы повысить успеваемость. Собирая в рюкзак учебные принадлежности, я услышала голос Макса в опасной близости за своим плечом:

– С тобой все в порядке? Ты сегодня странная.

– Спасибо, все отлично. А странная я всегда, ты же слышал свою подружку, – ответила я, даже не поворачиваясь в сторону парня. Я была рада, что мой голос прозвучал ровно. Периферическим зрением я видела, что он присел на угол парты сбоку от меня.

– Не обижайся на Кэт. Она не такая злая на самом деле, – ухмыльнулся Макс.

– Тебе лучше знать.

– Поверь мне, некоторые люди на самом деле не те, кем кажутся.

И далеко не хорошие вещи и ситуации делают их такими, – невозмутимо продолжил он.

– Зачем ты рассказываешь мне это? Мне все равно. И уже пора идти. Пока, – я взяла рюкзак и быстрым шагом направилась к выходу из аудитории.

Оказавшись на улице, я завернула за здание и села на ступеньки. В груди все разрывалось от обиды на него и презрения к себе. Что со мной происходит? Мне и раньше нравились парни, но чтобы они вызывали такие сильные чувства. Неужели это та самая, расписанная авторами и показанная режиссерами, любовь? Вот так, за неделю, ничего толком не зная о человеке.

Но как же сильно к нему тянет. И как ликует все внутри, когда я вижу его. Как замирает сердце, будто останавливаются все процессы организма, стоит ему улыбнуться или коснуться меня. Вот только ему все это не нужно.

Я дала волю слезам и ощутила, как две мокрые дорожки мощным потоком орошают кожу щек.

В душе я понимала, что сейчас неподходящее время для амурных переживаний.