Магические практики друидов

В знаменитой саге «Смерть Кохнобара» говорится о том, как Фингена к смертельно раненому королю, в голове которого застрял камень, брошенный с помощь пращи. Вот этот отрывок:

– Добро же тебе, Конхобар, – сказал Финген, – если я вытащу этот камень из твоей головы, ты сразу умрешь. Если же оставить его, я смогу тебя выходить, то покроет тебя пятно позора.

– Легче нам, – сказали улады. – Перенести его позор, чем смерть.

Была тогда голова его исцелена, и был тот камень в ней покрыт золотом под цвет волос Конхобара, ибо волосы его и золото были одного цвета.

Сказал Конхобару его врачеватель, что не должен он теперь ездить верхом, общаться с женщинами, наедаться досыта и бегать.

Конечно, все это не более, чем миф, часть эпоса, а не документальное свидетельство проведения столь серьезной хирургической операции. Но в данном случае важно другое – друид-целитель занимал такое положение в кельтском обществе, что мог позволить себе предписывать королю – правителю государства – как ему себя вести и какие жизненные правила неукоснительно соблюдать.

Все это говорит о том, что друиды владели тайными знаниями, которые могли только передаваться в процессе обучения – от учителей к ученикам. Процесс обучения друидов окутан тайнами – во многом это связано с тем, что он происходил в отдалении от человеческих жилищ, в чащах труднопроходимых лесов и в глубине загадочных пещер. При этом надо отметить, как важнейшую особенность, что эти удивительные люди не только сохраняли и расшифровывали для своих современников то, что им досталось от мудрецов, живущих в более ранние эпохи.

Нет, они еще и развивали, совершенствовали это знание – и данный процесс был непрерывным, безостановочным. Античные авторы, хорошо знакомые с друидами – в их числе великий римлянин Юлий Цезарь – отмечали, что кельтские жрецы, являвшиеся одновременно прорицателями и целителями, обладали особым учением, представлявшим собой упорядоченное, систематизированное знание, своего рода доктрину, открывавшую путь для дальнейшего продвижения по пути мудрости новым избранным и посвященным ученикам.

К знанию учеников приобщали в непосредственном общении с природой, которая воспринималась как некое сакральное начало. Тайнами природы владел жрец – и он выступал как учитель, способный передать их своему ученику – обязательно под покровом секретности, доверительно и непосредственно.