Ловушка для вексари

Мама подвела меня поближе, чтобы мне было слышно, как мышка шуршит внутри. «Бедняжке кажется, что она по-прежнему бегает на свободе, – сказала мне мама. – Она не понимает, что воздух внутри скоро закончится. Ещё чуть-чуть – и ей конец». Я взмолилась, чтобы она спасла мышку. Обычно мама не вмешивалась в то, что творится на Опушке, но в тот раз она послушалась. «Эти лепестки очень мощные, – сказала она, – даже самому могучему человеку в Де-Норане не под силу их раздвинуть. Но вот, погляди!» Она подцепила лепестки ногтем, они застыли и развернулись, и получился такой холмик, по которому мышка скатилась на землю.

– И что, в гритченлоке ты поступила так же? – спросила старуха. – Раздвинула лепестки? Просто старая уловка, и ничего больше?

– На самом деле, это сделал мой братишка.

Тафф, который по-прежнему ловил на язык дождевые капли, радостно улыбнулся и помахал рукой.

Старуха вздохнула.

– Опушка – необычайно опасное место для детей.

– Ну, у нас вообще было необычайное детство.

– Как тебя звать?

– Кара Вестфолл.

Старуха чуть заметно кивнула, как будто Кара подтвердила то, что она и так уже знала.

– А вы кто? – спросила Кара.

– Ну, от рождения, если тебя интересуют такие вещи, я звалась Маргарет Оллвезер. Но ты, должно быть, знаешь меня под другим прозвищем, которое мне дали намного позднее. Мэри-Котелок, слышала?

Тафф тихонько ахнул и подался поближе к Каре.

– Ага, – сказала Мэри, – вижу, вы обо мне слышали.

Холодный дождь тёк Каре за шиворот.

– Вы же умерли, – сказала Кара. Она шагнула вперёд, загородив собой Таффа, и выхватила перочинный ножик. – Вы же умерли несколько столетий назад!

– Я исчезла несколько столетий назад. Разница существенная.

– Но не могли же вы прожить так долго!

– Но всё-таки прожила. Замечательная штука эта магия!

– Вы его не тронете, я вам не позволю!

Мэри-Котелок смерила Кару неприкрыто-насмешливым взглядом.

– А зачем мне вообще его трогать?

– Я о вас наслышана! Я знаю, что вы творите с детьми.

– Ты знаешь, что я творила когда-то. Но вам нужна моя помощь. Вы тут одни-одинёшеньки, и вам уже грозит опасность. Здесь водятся твари, которые чуют магию, которые готовы на всё, чтобы её отведать…

– А у меня и нет магии.

Мэри-Котелок усмехнулась. Зубы у неё пожелтели от старости, но всё ещё выглядели достаточно острыми, чтобы кусаться.