Ловушка для вексари

БЕЖАТЬ!

СКРЫТЬСЯ!

ЕСТЬ!

СПАТЬ!

Эти голоса налетели на неё со ста сторон одновременно, от насекомых, от птиц, от невиданных зверей, налетели и закружились в голове, становясь всё оглушительнее.

– Ну, что ты слышишь? – спросила Мэри. Её голос сделался далёким на фоне прочих звуков, будто шаги в бурю.

– Мысли, – ответила Кара, но тут же мотнула головой. – Хотя нет. Не так. Не мысли, скорее… потребности.

Мэри кивнула.

– Ну да. Это простые существа. А ты чего ожидала?

Теперь Кара вслушалась внимательней.

Тут было что-то ещё. Подводное течение боли. Страданий.

– Им плохо, – сказала она. – Очень многие больны. Мучаются. Как тот швокрыс.

– Сосредоточься, Кара! Должен быть кто-то, чьи потребности отличаются от прочих. Можешь ты его отыскать?

– Ну, попробую, – сказала Кара.

Однако обнаружить отдельную, непохожую на другие потребность оказалось невозможным – всё равно что обнаружить отдельную каплю воды в океанских глубинах. Вместо этого Кара приглушила группы похожих звуков – не то чтобы заставила их умолкнуть, но как бы отстранилась от них, так что они превратились в шепотки.

И вскоре осталось лишь несколько разрозненных мыслей, включая ту, что выделялась среди прочих как отдельный разум.

«Следить! – думал он. – Ждать!»

Как только Кара нащупала разум животного, отследить, откуда исходят эти мысли, оказалось на удивление просто.

– Вон там, – сказала она, указывая на ветку, особенно густо поросшую пурпурной листвой. Далеко под ней виднелся их лагерь.

Все свои припасы они оставили на месте, чтобы соглядатай знал, что они вернутся, и остался караулить.

Мэри встала на колени и натянула рогатку.

– А надо ли? – спросила Кара.

– Если его не подстрелить, он так и будет нас преследовать и докладывать Сордусу обо всех наших передвижениях. Тогда Сордусу будет намного проще нас найти.

Мэри натянула рогатку ещё сильнее, морщась от напряжения.

– Эх, ну почему мне сегодня не двадцать три? В двадцать три-то я бью без промаха!

Кара услышала, как дыхание Мэри замедлилось: ведьма целилась.

И в этот самый момент порыв ветра раздвинул пурпурную листву, и она увидела сложенные крылья и густо-синий, как полуночное небо, ком перьев.

Кара в тот же миг узнала одноглазую птицу.

– Стой! – завопила она. Девочка кинулась на Мэри-Котелок, собираясь выбить рогатку у неё из рук, но было поздно. Мэри отпустила резинку, и невидимый камень с жужжанием улетел прочь.

– Не-ет! – завопила Кара.