Крапива, которая любила читать

 – Скатерть у меня из рук пропала, но сзади донеслось недовольное бурчание: – Интересно, ты специально выбрала именно белую кружевную тряпку или просто мозгов не хватило понять, что она просвечивает?

– Да пусть просвечивает, тебе жалко, что ли? И так все всё видели, а кому надо, еще и вблизи рассмотрели, – отмахнулась я.

– Бесстыдство, – фыркнула из своего угла Рябина и запустила мне за спину еще какой-то тряпкой. – Прикройся, оглоед! Нечего юную леди развращать!

– Чтоб мне еще о бесстыдстве говорила северная дикарка, которая на третий день после прибытия изнасиловала конюха.

 – Ох, какие подробности. Кажется, эти двое прекрасно друг друга знают.

– Кого хотела, того и изнасиловала, мне можно, – хмыкнула Рябина, подходя поближе и зачем-то хватая меня за руку. – Зато я голой по замку не бегала и женских романов без трусов не читала!

– Если уж на то пошло, совсем не кого хотела. Изначально твоей целью был я. Только словарем по темечку и остановил.

Я осторожно вынула лапку из могучей длани валькирии, неслышно отползла к диванчику, взяла со стола вазочку с орешками в сахарной глазури и притихла.

Еще бы! Такое представление.

Подробностей даже Ортика не знала, в девичьей памяти ничего такого нет. А я дня не прожила в ее шкурке – и уже цирк с доставкой на дом.

– Да толку от твоего словаря, – презрительно фыркнула Рябина. – Тоже мне оружие. Захотела бы – так взяла бы. Просто вовремя разглядела, что ты дохлый, подержаться приличной женщине не за что.

Нарцисс, замотанный в белую ткань, как в римскую тогу, возмущенно надулся, потом выдохнул и зашипел.

– Уверена? Просто видишь ли, приличные, – он голосом подчеркнул это слово, – женщины обычно предпочитают держать мужчин за то, что ниже пояса, а не за то, что над животом!

Сарказмирующий парень в кружевной скатерти действительно выглядел забавно. Как будто одеяние его ничуть не смущало.

– За что хочу, за то и держусь. А у тебя со всех сторон ме…

– Стоп! – Я с громким стуком поставила вазочку обратно на столик.

 – Брейк! В смысле, хватит, а то договоритесь сейчас до таких подробностей, о которых юной девственнице знать не положено. Рябина, ты голодная? До ужина еще далековато, а…

– Так и говорите, что моих блинов захотели, – тут же разворчалась личная горничная. – Нечего на мой аппетит намекать.

И как-то очень шустро ускользнула за дверь. Видимо, ей все же не очень нравилось такое вот разоблачение личных секретов.