Особенности содержания небожителей

Сразу ясно – теперь не помрет. Просто из вредности и желания отомстить.

И получил в ответ самый что ни на есть настоящий яростный взгляд из-за края бочки. Понятненько… и правда допек.

– Вынимай, – наконец решила я, убедившись, что вода стала прозрачной. Иными словами, весь порошок с ци впитался в тело «бессмертного трупа». – Настала очередь иголочек.

– Сочувствую, бедный ежик. – А-Лей, невзирая на слабые трепыхания жертвы, ловко выудил заклинателя из бочки. – На столе разложить или на кровати?

Заклинатель в его руках, похоже, подавился воздухом.

– Клади сразу на место, чтобы лишний раз не кантовать, – кивнула я, расстилая на постели специальные простыни и отрезы. – Здесь и спеленаем. Полотенце только отбери у стеснительной фиалки. Смотри-ка, даже в бочку его затащил и теперь не отпускает.

И действительно, пациент мертвой хваткой вцепился в кусок ткани, которым были обернуты его бедра. Естественно, с мокрой тряпки теперь лилось на пол.

– Да отдай ты, чего она там не видела, – практически слово в слово повторил брат уже сказанную мною фразу.

Глава 6

Юншен

Как больно. Нет, не только боль… всего было слишком много.

Всех чувств. Остро ощущался пронизывающий холод от каждого – даже легчайшего – порыва ветра. Ярко слепило полуденное солнце, отчего слезились глаза. Мучительно грыз изнутри тянущий голод…

Все то, что тренированное и полное энергии ци естество бессмертного заклинателя позволяло прежде игнорировать, сейчас навалилось на меня настоящим цунами.

Тело казалось непозволительно хрупким, как чашка тонкого фарфора, ноги – ватными, а кожа – содранной. Достаточно слабого удара, чтобы появился синяк. Чем больше в заклинателе силы, чем дольше он полагается на ци, тем беззащитнее становится, потеряв ее.

– Просто… убейте… – едва осознавая себя в потоке боли и в калейдоскопе навалившихся невзгод, попросил я у своего палача – главы пика Алых Знамен.

– А разве смерть – наказание? – Я не видел самодовольной кривой улыбки, но слышал ее в голосе главного обвинителя и ощущал буравящий взгляд черно-красных углей. – Смерть – избавление от страданий. Своеобразное вознесение, перерождение в духовную сущность. Разве можно ею наказывать?

Перед глазами все расплывалось, солнечное сплетение горело невыносимым жаром, опаляя изнутри.