Трудовые будни барышни-попаданки

Надеюсь, в этой таинственной кладовке не хранились вареные колбасы, скороспелые сыры и прочие нежно-органические вещи.

– Так что, барыня, – несмело сказал Алексей, – батя мне велел: ступай в усадьбу и расскажи Эмме Марковне про кладовую, а если она захочет – так и открой. Работа невелика, гвоздь в замок даже не забит, так, вставлен и воском залеплен.

Павловна заохала, предложила отложить экспедицию до светлого времени суток. Но хотя я и устала, спать не хотелось. К тому же не зря же парень тащился на ночь глядя со своим слесарным мешком.

– Пошли, – сказала я.

Операция оказалась легкой и почти бесшумной. Уже через десять минут мы втроем оказались внутри двух комнат, уставленных корзинами, бочонками, ящиками и различными бутылями. Пусть немалая часть тары оказалась пустой, удалось найти некоторые ценности.

Первое и, пожалуй, самое своевременное открытие – вязанка кривоватых и тонких восковых свечей. Парочку из них я немедленно зажгла, чтобы осветить помещение.

В кладовой нашлась целая алкогольная коллекция – десяток огромных бутылей с настойками.

Одну из них я даже попробовала – Павловна долго вытирала передником горлышко бутылки, а потом принесла чашку. Напиток был умеренно резким и крепостью не меньше тридцати градусов, впрочем, с приятным вишневым послевкусием. Несмотря на ворчание няни, я разрешила угоститься Алексею, уж очень любопытно блестели его глаза в свете свечей. Парень слегка поперхнулся, доказав тем самым, что он не особый любитель.

В некоторых бутылях была не настойка, а медовая ягодная наливка. Но меня особенно порадовали две большие склянки с уксусом. Этот натуральный химикат пригодится непременно.

Также порадовали мешки с окаменевшей, слежавшейся солью. В таком виде, конечно же, в солонку ее насыпать было неэстетично. Но свойства она явно не потеряла.

Нашлась также здоровенная бутыль с лампадным маслом. Литров на шесть-семь! Вот эта находка обрадовала меня больше других. Я тут же отправила Павловну в буфетную за стаканами – видела там что-то такое пыльное и не слишком тонкостенное, но достаточно прозрачное.

Няня вернулась минут через пять, ворча и ругаясь как на местную ленивую дворню, так и на барышню, которой невесть что в голову взбрело.

Но когда я сделала из этих стаканчиков две «вечные» свечи, Павловна замолчала. Да и Алексей только удивленно моргал. Дело в том, что лампадки возле икон давали так мало света, что с ними можно было и не считаться.