Приятного аппетита, ваше величество!

 – Я сделала попытку сползти с подлокотника, но не тут-то было. Уф-ф-ф… – Может, вы уже поужинаете? Я тогда смогу забрать посуду и уйду, чтобы вам не мешать?

– Кто сказал, что ты мне мешаешь? – Раймон взял в руки ложку и задумчиво размешал похлебку. Посмотрел на меня. И велел:

– Открывай рот.

– Чего?!

– Рот открой. Проверю, не отравлен ли суп.

– А-а-а… ладно…

Когда он скормил мне половину глубокой тарелки, я все же засомневалась: что за проверка такая? Для нее достаточно было дать мне пару ложек и подождать, помру ли в судорогах, или обойдется.

А он что делает?

– Теперь жаркое, – как ни в чем не бывало заявил сумасшедший и оторвал от подрумяненного каплуна на блюде одну ножку. Сунул ее мне в руку и повелительно кивнул.

Я пожала плечами и впилась в поджаристую курятину. Может, у герцога паранойя? И он не лечится? Да мне какая разница, зато я впервые за день нормально поем.

Сняв пробу с последнего сладкого пирожка, я наконец почувствовала, что еще немного – и просто лопну.

От переедания и усталости – все же денек выдался насыщенный и нервный – глаза начали слипаться. Сидеть на подлокотнике герцогского кресла стало вдвойне неудобно, учитывая, что безмятежно доедавший «проверенные» блюда чудик так меня и не отпустил, придерживая рукой за пояс.

– Э… ваша светлость? Можно мне собрать посуду?

– М-м-м? – Такое впечатление, что этот параноик обо мне забыл, даже не убирая ладонь с талии. – Да, можешь убрать.

– Спасибо, ваша светлость, – обрадовалась я, делая попытку улизнуть.

Но нет, длинные сильные пальцы только крепче вцепились в рубаху. – Э-э-э… ваша светлость?

– Чего тебе еще? – Поскольку вторая рука герцога больше не была занята столовыми приборами, он снова взял книгу и уже углубился в чтение. – Забирай свою посуду.

– Ваша светлость! – взмолилась я. – Так вы сначала отпустите! Я же не могу встать!

– Ах да, – усмехнулся Раймон и наконец убрал руку с моего пояса. Причем с таким видом, словно сам не понял, как она там оказалась.

Хорошо еще, не начал пальцы о штаны вытирать, мол, фу, какая гадость. – Можешь быть свободен.

– Вот спасибочки. – Еще никогда в жизни я так шустро не собирала грязную посуду на поднос и не улепетывала в сторону двери с такой скоростью.

– Утром принесешь мне завтрак через свечу после рассвета, – его слова догнали меня уже у самой двери.

Ну терки-морковки, а!

Глава 11

Разговор, которого не слышала главная героиня:

– Нет, это не он.