Звезда Амонтильера. Возвращение

У нее даже лицо изменилось, теперь оно застыло, как неживое. Будто бы слишком болезненную рану насильно затягивало искристой белой корочкой льда. – Уйди, пожалуйста.

Норриан, тяжело дыша, нехотя отступил на полшага. Лицо его перекосилось.

– Может, еще пожалеешь его, а? – прошипел он, не в силах совладать со злостью.

Но Иллис его уже не слушала. Она неотрывно смотрела на Князя, только на него.

И что? Что дальше? Зачем она вернулась? Здесь холодно и пусто, а того, что она себе напридумывала, никогда не было.

И не будет. Мираж, сказка…

Ей было так больно, что хотелось только одного – исчезнуть, раствориться, не быть. Она вдруг отчаянно пожалела, что не осталась там, за чертой.

Кириан вдруг пошевелился, попытался встать, но, схватившись за стену, тяжело осел обратно. Иллис видела, как он болезненно скривился, как закусил губу, из которой и без того уже сочилась кровь.

И острая, обжигающая, расплавленная сталь вдруг полоснула по корке льда, за которой постепенно остывало еще живое сердце.

Совершенная ледяная скульптура вдруг пошла мелкими трещинками, не выдерживая внутреннего давления. У Иллис задрожала нижняя губа. Она оглянулась на Норриана мельком, через плечо, и снова обернулась к избитому Кейрошу.

Норриан резко выдохнул.

– Если этот подонок так дорог тебе… – теперь в его голосе звенела обида, – тогда я и в самом деле пойду.

Он ушел, и Иллис тут же забыла про него. Мираж… сказка… но это ее мираж и ее сказка. Он не виноват в том, что не стал, не ответил, не полюбил.

Разве она полюбила его только ради того, чтобы получить для себя? Нет… значит, и жаловаться нечего. Он такой, какой есть, и… Хеллес, он вообще живой?!

В два шага она преодолела расстояние до Кириана, бессильно привалившегося к стене. Рухнула рядом с ним на колени, дрожащими руками нащупывая пульс. Живой! Она еще какое-то время не решалась убрать руку, как будто убери она ее – и тонкая жилка перестанет биться навсегда.

Голубые венки отчетливо проступали на белой коже, и сама кожа обжигала пальцы, когда девушка провела рукой вверх по шее, щеке, виску, до самых волос.

Впервые не отказывая себе в том, что хочется. Хеллес!

Князь шевельнулся и закашлялся.

Словно опомнившись, она принялась осматривать его дальше. Дергано, суетливо, непривычно бестолково.

К ее удивлению, Кириан не отстранился. Только зажмурился сильнее и откинул голову назад, отчего светлые волосы упали на лоб, чуть задевая рассеченную бровь и пачкаясь в крови.