Обречённые

Как она на мне оказалась и где моя одежда?!

– Успокойся, шальная. Когда мы приехали, ты крепко спала, я пару раз толкнул тебя – ты не отреагировала. Я донес тебя до комнаты, в которой ты проснулась, и все. Переодела тебя Людмила Константиновна, а потом отнесла вещи в стирку.

Лана заметно расслабилась.

– Кто? – бесцеремонно сев на кровать, поинтересовалась Лана.

– Моя… – Макс замялся.

– Твоя нянька, наглый ты мальчишка, – раздался суровый голос позади Ланы.

Девушка обернулась.

В проеме стояла женщина в возрасте.

На ней было голубое приталенное платье, не только не скрывающее фигуру женщины, а, скорее, наоборот, выставляющее напоказ ее шикарное, лишенное даже щепочки лишнего веса тело. Светлые волосы, разделенные пробором посередине, были пострижены под каре с полным отсутствием челки. А украшений на женщине хватило бы, наверно, на небольшой музей. Она глубоким взглядом своих темных глаз уставилась на Лану, но через пару секунд девушка поняла, что этот неодобрительный выпад направлен вовсе не на нее.

– Простите, нянька?! – изумилась Лана.

– Да, дорогуша, – сменив гнев на милость, мгновенно изменилась в лице женщина. – Я одна из немногих, кто может выносить этого…

– Кого? Ну, кого, Людмила Константиновна? – поднялся на постели Макс.

Скрывавшее его одеяло упало на кровать и явило на свет точно высеченный из камня пресс парня, которому могли позавидовать все греческие боги.

– Неважно, – фыркнула Людмила Константиновна.

– А-а-а, правда, вы меня переодели? – робко обратилась Лана, нехотя отрываясь от сочного тела парня.

– Конечно, я. Этот мальчишка порывался сам это сделать, но, когда он внес тебя всю мокрую в дом, я настояла на том, чтобы он вышел из комнаты, – заверила ее женщина. – Твоя одежда сейчас сушится. Я взяла на себя смелость подготовить тебе другую на время. Она в твоем шкафу.

– Спасибо, – улыбнулась Лана.

– Не за что, моя хорошая, – ответила с улыбкой Людмила Константиновна. – Завтрак уже на столе. И у тебя…

Женщина сделала несколько шагов вперед, Лана тут же позавидовала таким бедрам, какими обладала женщина. Она, словно кошка, грациозно перетекла вперед.

– …Есть дела, которые больше не терпят твоего отсутствия, ясно?! – строго выдала она, тыкая в Макса.

– Да, да, да, – лениво отмахнулся Макс.

– Я не шучу, Максимилиан.