Неночь

Рибизи утверждал, что чудища обладают интеллектом уровня собаки и, чтобы доказать свою теорию, поймал младенца песочного кракена, привез его в Великую Коллегию Годсгрейва и попытался обучить простейшим командам.

Рибизи построил каменные лабиринты, наполнил их землей и выпустил чудовище (которое назвал Альфи в честь любимого семейного питомца) на волю. Если Альфи успешно проходил лабиринт, то награждался пищей. Когда он подрос (при последнем зафиксированном измерении он был почти два метра в высоту), Рибизи соорудил более сложные модели лабиринта, добавив препятствия в виде защелок и калиток, чтобы доказать растущий интеллект зверя.

К сожалению, одной неночью Альфи, использовав эти знания, сбежал из своей тюрьмы и погубил большую часть зоологического факультета, включая очень разочарованного Рибизи, прежде чем был уничтожен сильно озадаченными люминатами.

После этого случая правила о содержании диких животных на территории Коллегии значительно ужесточились.

36

Несмотря на то, что в Годсгрейве имеется с десяток боевых ходоков, этих механических гигантов Железной Коллегии держат незаправленными и неукомплектованными и используют лишь в случае крайней необходимости.

Благодаря итрейской военной мощи и географическому положению Годсгрейва, на который можно напасть только с моря, присутствие машин в городе по большей части является формальным. За последние сорок настоящих ночей столичных боевых ходоков пускали в дело ровно два раза.

Первый – во время свержения короля Франциско XV.

Когда новости о восстании разошлись, преданные монархии легионеры попытались взять дворец штурмом и спасти короля от нападавших. Пилоты-лоялисты (строго церемониальная должность в тот период) сдались сразу же, как узнали, что Франциско и вся его семья уже мертвы.

Во втором случае все началось с трех бутылок золотого вина и пьяного хвастовства перед потенциальной возлюбленной, которое переросло в неловкое столкновение с шестым Ребром (переломившимся у основания и упавшим в море) и закончилось быстрым судом и еще более быстрым распятием молодого человека.

И это при том, что дама не проявила к нему особого интереса…

37

Если хоть один конь, рожденный при свете Аа, и был способен на смех, то это Ублюдок.

38

Известный как «костяшки», этот жест подразумевал собой поднятие кулака с указательным пальцем и мизинцем, оттопыренными так далеко, как позволяли суставы.