Мое ходячее несчастье

Ощущение, которое вызвало во мне ее прикосновение, оказалось довольно необычным. Оно мне не то чтобы понравилось… Просто я постоянно чувствовал, что она рядом, и это меня одновременно умиротворяло и волновало. Нужно было собраться: может, Эбби и голубка, но в любом случае она всего лишь девчонка, и нечего из-за нее сопли распускать.

К тому же под ангельской внешностью она наверняка что-то скрывает. Видимо, ее уже обжег кто-то вроде меня – отсюда и неприязнь ко мне. Но она совершенно точно не шлюха. Даже не шлюха улучшенного образца, каких много (я их чую за целую милю).

Мой боевой настрой стал потихоньку слабеть. Я наконец-то нашел девушку, которую мне было бы интересно узнать поближе, но парень наподобие меня уже причинил ей боль. Хотя мы были едва знакомы, я бесился при мысли о том, что мою голубку кто-то обидел. И теперь она ассоциирует меня с тем засранцем – это еще хуже.

Я резко затормозил: мы подъехали к пиццерии. За время езды я так и не успел привести в порядок содержимое своей башки. Мне даже о скорости некогда было думать.

Поэтому, как только я остановил мотоцикл, Эбби соскочила и принялась кричать. А я не мог не рассмеяться:

– Я соблюдал скоростной режим.

– Ага, как если бы мы неслись по автомагистрали!

Она рывком распустила длинные волосы, собранные в забавный пучок, и расчесала их пятерней. Потом снова собрала и закрутила. А я не мог оторвать от нее глаз: наверное, именно так она обычно выглядела по утрам, когда вставала с постели… Чтобы отвлечься, я стал прогонять у себя в голове первые десять минут фильма «Спасти рядового Райана».

Кровь. Крики. Вспоротые животы. Гранаты. Артиллерийские залпы. Опять кровь.

Я открыл дверь:

– Голубка, я бы не допустил, чтобы с тобой что-то случилось.

Она сердито протопала внутрь, не обратив ни малейшего внимания на мой галантный жест. А ведь она была первая девушка, ради которой я снизошел до роли швейцара. Я-то надеялся, она это оценит, но она даже не заметила.

Войдя в пиццерию вслед за Эбби, я направился к своему любимому угловому диванчику.

В середине зала, за несколькими столами, составленными вместе, заседали парни из футбольной команды. Они тут же просекли, что у меня свидание, и не оставили это без комментариев. Я сжал зубы. Мне не хотелось, чтобы Эбби слышала их вопли.

Чуть ли не впервые в жизни я показался себе каким-то неловким. Но это ощущение прошло. Эбби села напротив меня – злая, раздраженная, – и ко мне вернулась прежняя веселая уверенность в себе.