Царство и священство

Создавая твердый законный порядок, укрепляя общественную нравственность, становящуюся отныне общеобязательной силой государственной власти, высший политический союз максимально устраняет несправедливость из земного бытия человека. Поэтому классик античной мысли писал: «Понятие справедливости связано с представлением о государстве»[109 - Аристотель. Политика. Кн. I (I.9). 8. 1253а. С. 380.].

Г.В.Ф. Гегель (1770–1831) величал государство действительностью нравственной идеи[110 - Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990.

С. 279.]. А один из самых интеллектуальных русских ученых Б.Н. Чичерин (1828–1904) считал, что государство есть союз народа, связанного законом в одно юридическое целое, и управляемого верховной властью для общего блага[111 - Чичерин Б.Н. Курс государственной науки. В 3 т. Т. 1. М., 1894. С. 3.].

Государство вовсе не отменяет перечисленные ранее союзы, но объединяет их в еще более высокую по уровню духовного и социального развития субстанцию. Покрывает их, как кокон, внутри которого кипит разнообразная жизнь.

Государство не уничтожает, но структурирует их в иерархическую вертикаль, где каждый из них занимает исключительно свое, присущее именно ему место. При этом, дабы не ущемить права и интересы своих граждан, государство ограничивает в подчиненных ему союзах властное начало, и это очень важно, поскольку в силу человеческой природы они полны соблазнов, страстей и деспотизма. Ограничивает, но не уничтожает, т. к. в противном случае это означало бы смерть входящих в него человеческих объединений. Даже после возникновения государства в обществе сохраняется локально-властный, если можно так выразиться, характер отношений. Но все союзы попадают в сферу притяжения государственного начала и в нем находят свое субординационное место, освобождаюсь от ненужных наслоений, искажавших ранее их природу[112 - Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. В 2 т. Т. 1. СПб., 1909. С. 214, 215.].

Так, например, в древние времена власть отца семьи носила абсолютный характер – настолько всемогущий, что он мог без суда умертвить своих детей и жену или продать их в рабство.

С течением веков, по мере укрепления государственного начала, такие дурные традиции канут в Лету, признаются уголовными преступлениями. Легко заметить, что этот первичный прецедент никак не соотносился с идеей семьи, а потому государство изъяло у отца семейства искусственные прерогативы, чтобы его власть носила нравственный характер.