Истории золотого века

И когда дневная работа завершена, и на землю опускается черная ночь, кони, повозка и возница мягко опускаются к потоку западного океана, где их ждет золотой сосуд, чтобы быстро и незаметно доставить их обратно в обитель Солнца в горах на Востоке. Там, под крышей дома, Гелиос приветствует свою мать, жену и своих дорогих детей; и там он отдыхает до тех пор, пока Рассвет снова не покинет ложе старого Океана, и румяная Заря не придет, чтобы предложить ему отправиться в путь заново.

У Гелиоса был один сын, Фаэтон Сверкающий, и среди детей человеческих не было никого прекраснее.

И великое сердце Гелиоса билось от любви к своему земному ребенку, и он дарил ему богатые дары и ничего не скрывал от него.

Фаэтон же, когда он вырос, стал таким же гордым, каким он был и красивым, и куда бы он ни пошел, он везде хвастал своим родством с Солнцем; и люди, когда они смотрели на его несравненную фигуру и его сияющие черты, верили его словам и почитали его как наследника Гелиоса. Но лишь один Эпафос, сын Зевса, услышав его похвальбу, усмехнулся.

– Ты – дитя Гелиоса?! – сказал он. – Какая глупость! Ты ничем не можешь доказать свое родство, кроме собственного смазливого лица и соломенных волос; а в Элладе много девушек, у которых есть это, и они так же смазливы, как ты. Мужественная грация и красивые черты лица действительно являются дарами богов; но только богоподобными деяниями можно доказать свое родство с бессмертными. В то время как Гелиос Гиперион – твой отец, как ты уверяешь, – ведет свою колесницу над облаками и изливает благословения на землю, что делаешь ты? Что, в самом деле, как не забавляешься своими желтыми локонами и не любуешься своими дорогими одеждами, в то время как твои ноги все время в пыли, и грязь земли крепко держит их? Если у тебя есть родство с богами, докажи это, совершая деяния богов! Если ты сын Гелиоса Гипериона, направь на один день его колесницу по небесам.

»

Так говорил Эпафос. И разум Фаэтона наполнился возвышенными мечтами; и он, отвернувшись от насмешливого искусителя, поспешил в дом своего отца.

К тому времени никогда не утомляющийся Гелиос со своими конями и колесницей только что закончил очередной день и словами самой горячей любви приветствовал своего рожденного на земле сына.

– Дорогой Фаэтон, – сказал он, – какое поручение привело тебя сюда в этот час, когда сыны человеческие находят покой во сне? Есть ли какой-нибудь дар, который бы ты хотел от меня получить? Скажи мне, что ты желаешь, и это будет твоим.