Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина

Амстердамский договор 1717 года, но особенно Ништадтский мир свидетельствовали о силе России и ее неоспоримом месте в европейской политической системе.

В ходе грандиозной церемонии, организованной в русской столице для празднования победы, Петр Великий оказывал особое внимание французскому послу. Он встретил Кампредона по его прибытии в Кронштадт и не отпускал от себя в течение всей недели празднований, к удивлению французской дипломатии. Однако сколь бы лестным ни казалось подобное внимание, ситуация сложилась неудобная, поскольку Петр Великий неустанно расспрашивал своего гостя.

Думает ли Франция конкретизировать договор о дружбе и торговле? Какова ее позиция относительно предложенного царем расширенного союза? Тут-то Петр Великий оценил, насколько велики колебания Франции, а их причину узнал из слухов. Дюбуа и слышать не хотел о союзе, который не понравился бы Англии. Что же касается королевской семьи, то она не жаждала принять в свое лоно царевну сомнительного происхождения. Безусловно, царевна Елизавета являлась дочерью великого царя, но притом женщины низкого происхождения, и родилась в браке, вызывавшем нарекания. Совсем не обескураженный сомнениями французской стороны, Петр Великий выдвинул идею другого франко-русского династического брака. Он предложил руку Елизаветы другому принцу из французской королевской династии – герцогу Шартрскому, сыну регента, а также свою помощь в возведении пары на польский трон, что обеспечило бы России и Франции окончательный контроль над этим несговорчивым королевством. Идея понравилась регенту, которого поддержала прорусская партия. Однако она наткнулась на одно практическое препятствие: король Польши Август Саксонский был жив и, по всем признакам, намерен таковым оставаться, а Петр Великий не хотел устранять его насильственным способом. Он предлагал заключить брак, не дожидаясь освобождения польского трона. Версаль предпочитал, чтобы избрание герцога на польский престол произошло до брака. Кампредон стоял на стороне России, но в итоге проект вызвал возражения Англии. Дюбуа начал затягивать переговоры, не отвечая на настойчивые послания Кампредона, а затем признался, что Англия не в восторге от проекта и лучшим решением будет его отложить. Дело затянулось до 1723 года. К тому времени Дюбуа и регент умерли, а Людовик XV взошел на трон. Герцог Шартрский в конце концов женился на немецкой принцессе.