Изучение Ленорман: традиционное гадание для современной жизни

Казанова и картомантия

Нам удалось собрать много информации о том, как картомантия применялась в Европе, а конкретно в Италии и Франции. В жизнеописании Казановы можно обнаружить упоминание об использовании игральных карт в гадании, по-видимому, в ущерб самому себе.

Джакомо Джироламо Казанова де Сенгальт (Giacomo Girolamo Casanova de Seingalt, 1725–1798), авантюрист и писатель, родился в Венеции и умер в Богемии. Он стал известен как обольститель и ловелас. В его мемуарах восемнадцатого века, отчасти автобиографичных, содержатся подробности о его жизни и любовных похождениях.

Впервые о картомантии он упоминает в записях о новой любовнице Зайре, которую он «купил» на местной ферме:

Ей было всего четырнадцать, так что грудь еще не оформилась, и в ней еще были видны признаки пубертата. У нее была белоснежная кожа, а распущенные черные волосы покрывали тело целиком, за исключением нескольких мест, в которых просвечивала ослепительная белизна ее кожи. Ее брови были идеальны, а глаза, которые могли быть и побольше, были пронзительно искрометны и выразительны.

Если бы не ее неистовая ревность и слепое доверие гаданию на картах, с которыми она ежедневно советовалась, Зайра была бы идеалом среди женщин, и я бы никогда не оставил ее.

В отрывке упоминается гадание на картах, но поскольку в тот период Казанова частенько играл в карты, речь могла идти об обычной колоде игральных карт, никак не связанной с картами Таро или Ленорман, которые известны современному читателю.

Далее Казанова приводит описание чтения карт, состоявшегося после ночи его обычных похождений:

Я вернулся домой и, к счастью, избежал бутылки, которую Зайра бросила мне в голову и которая, верно, убила бы меня, если бы попала в цель. Зайра бросилась на пол и стала биться об него лбом. Я думал, она сошла с ума, и поинтересовался, не вызвать ли кого-нибудь на помощь. Притихнув, она назвала меня убийцей и изменником, а также осыпала всевозможными оскорбительными эпитетами, какие только смогла вспомнить.

В подтверждение совершенных мной преступлений она показала мне двадцать пять выложенных в определенном порядке карт и на них показала мне разнообразные бесчинства, в которых я был виновен.

Я подождал, пока ее ярость утихнет, и затем выбросил ее гадальный инструмент в огонь. Я посмотрел на нее с жалостью и гневом и сказал, что на следующий же день нам следует расстаться, поскольку она чуть не убила меня.