Пионеры, или У истоков Сосквеганны. Хижина на холме, или Вайандоте (сборник)

 – Не мне бы упрекать вас! Пусть проклятие тяготеет над алчностью, погубившей такое благородное племя! Вспомните, Джон, что я принадлежу к вашей семье, и это моя величайшая гордость.

Лицо могикана смягчилось, и он сказал ласково:

– Ты делавар, сын мой; я не слышал твоих слов. Но Джон не может стрелять.

– Я так и думал, что в нем есть индейская кровь, – прошептал Ричард, – по его неловкому обращению с моими лошадьми. Индейцы ведь не употребляют сбрую. Но бедный малый будет иметь два выстрела, если ему так хочется получить эту индейку; я дам ему шиллинг, хотя, быть может, лучше было бы мне самому выстрелить за него.

Как я вижу, там, в кустах, устраивается рождественское состязание в стрельбе по индейке – слышите смех и голоса? Видно, этот малый большой охотник до индейки. Впрочем, мясо ее действительно вкусно.

– Послушайте, кузен Ричард, – возразила Елизавета, удерживая его, – деликатно ли будет предложить шиллинг джентльмену?

– Опять джентльмену! Неужели вы думаете, что метис откажется от денег? Нет, нет, мисс, он возьмет шиллинг; да и от рома не откажется, даром что проповедует трезвость.

Но я дал ему лишний шанс выиграть индейку, потому что Билли Кэрби один из лучших стрелков в стране, то есть за исключением… одного джентльмена.

– Ну, если так, – сказала Елизавета, видя, что с ним ничего не поделаешь, – то я сама поговорю с ними, Сэр!

Она опередила своего кузена и решительно вышла из-за кустов на полянку, где собралось трое охотников. При ее появлении молодой человек вздрогнул и сделал недвусмысленное движение, показывавшее его желание уйти, но, опомнившись, приподнял шляпу и поклонился, а затем принял прежнюю позу.

Ни Натти, ни могикан ничем не выразили своего удивления, хотя появление Елизаветы было для них совершенно неожиданным.

– Я узнала, – сказала она, – что старинный рождественский обычай стрельбы в индейку еще не вышел из употребления. Я хочу попытать счастья. Кто из вас согласен выстрелить за меня, уплатив эту монету?

– Разве это подходящее занятие для леди? – воскликнул молодой охотник с жаром, показывавшим, что он не успел обдумать своих слов.

– Почему же нет, сэр? Если оно бесчеловечно, то вина лежит не на мне. У меня могут быть свои фантазии, как и у других. Впрочем, я не прошу вашей помощи, но вот старый лесной ветеран, – прибавила она, обращаясь к Натти и вкладывая доллар в его руку, – он, наверное, будет настолько любезен, что не откажет мне в выстреле.