Привет, Америка!

Вскоре стало ясно, что причины, по которым большинство из присутствующих присоединились к экспедиции, были далеки от научных, а контрабандой они везли свои коллективные фантазии насчет Америки. После обнаружения юного безбилетника Уэйна все эти беглецы от действительности открыто рассказали о своих целях, объединенные мечтой о «свободе» (последней из великих иллюзий двадцатого века) и твердой верой в то, что в Америке они сумеют начать новую жизнь и реализовать себя. Наверное, именно с таким настроем их далекие предшественники ждали очереди в иммигрантских загонах на острове Эллис.

Что же они собирались обнаружить среди пейзажей из пепла и кирпича, среди опустевших городов, на поддержание жизнедеятельности которых в течение одного дня потребовалось бы больше топлива, чем сейчас вся планета потребляла за месяц? Это не было известно никому – пожалуй, кроме Штайнера, стоявшего на мостике тонущего корабля с жизнерадостной улыбкой. Настоящий капитан не стал бы топить свое судно, а вот Штайнер намеренно пробил борт «Аполлона» о затопленную статую – в этом Орловский не сомневался.

Разбросанные по Западной Европе американские общины все еще предлагали небольшую награду за информацию о местонахождении статуи, хотя Штайнером, скорее всего, двигали иные цели.

Капитан на пару с молодым безбилетником часами рассматривал старые номера «Тайм» и «Лук», опьяненный страницами с яркой рекламой. А еще этот неловкий вопрос с наречением корабля, который официально назывался «Исследовательское судно № 299».

Предложение Орловского – «Э. Ф. Шумахер», в честь английского экономиста, – не просто не поддержали, а с недовольным криком отмели. С подсказки Штайнера все единогласно выступили за идею Уэйна – назвать судно «Аполлоном». Орловский смирился с сентиментальностью, которая настраивала на великие поступки, на высокие цели – он и сам был тронут мыслью, что в каком-то смысле экспедиция повторяет путешествие Армстронга. Американский континент будет таким же пустынным, как и поверхность Луны. Придется внимательно за всем следить, дабы сохранить здравость рассудка.

Итак, решил Орловский, они быстро обнаружат источник радиоактивной утечки, передадут все данные по радиосвязи на контрольную станцию в Стокгольме и при первой же возможности вернутся в Европу. А для устранения опасности пусть снаряжают экспедицию побольше и выдают оборудование получше.