Колония на кратере. «Морские львы» (сборник)

– Мне кажется, что я слышал шум, указывающий на присутствие рифов и подводных камней на правой стороне, я дал поворот и взял курс на юг.

В ответ на это капитан издал какой-то странный звук, который Марк не знал, как истолковать; неизвестно, было ли то удивление или неудовольствие. Но видя, что капитан уже совершенно очнулся и готовится идти наверх, Марк счел свое дело сделанным и вернулся к своим обязанностям. Боб также был на вахте, и Марк тотчас же позвал его к себе.

Несмотря на разницу в положении между старым матросом и молодым офицером, Марк поддерживал с ним почти дружеские отношения.

– Боб, друг мой, у вас ухо чуткое и привычное, скажите, неужели вы ничего не слышите?

– Прошу извинить, мистер Вульстон, ведь я и тогда, как был с капитаном наверху, тоже видел что-то такое, что очень походило на белую пену, но капитан так громко уверял, что там впереди нет ровно ничего, что я не посмел ему перечить.

– А знаете ли, Боб, что когда вы стоите на вахте, то не сказать того, что вы видите, – большое преступление? – ответил ему Марк.

– Ваша правда, мистер Вульстон, я и сам сознаю, что нехорошо поступил, – да что прикажете делать? Ведь с капитаном спорить также дело не пустое…

– Ну, будет об этом!.. А теперь скажите, Боб, вы ничего не слышали?

– Как же, мистер Вульстон, я слышал плеск воды о подводные камни, сперва под кормой, затем у носа; а сейчас, когда вы меня кликнули, я слышал этот самый плеск под кран-балкой с наветренной стороны.

– Неужели это правда, Боб?

– Самая истинная правда, мистер Марк, и если вы мне хотите верить, то вот сию минуту мы плывем над этими подводными камнями и каждую секунду можем разбиться.

– Что за черт! – закричал капитан Кретшли, который как раз в это время подходил к ним и слышал последние слова Боба.

 – А я так решительно ничего особенного не слышу и готов поклясться, что в таких потемках ни одна кошка ничего не увидит, а не только человек!

Едва успел он произнести эти слова, как плеск волн о подводные камни раздался совсем близко и так явственно, что уже не могло быть никакого сомнения. Марк своим разумным распоряжением на время отклонил опасность, но не в его власти было окончательно устранить ее.