Могло быть и хуже…

Человеческий детеныш, однако, не способен ни на что. Недели тянутся за неделями, а он не может ни сидеть, ни ползать, ни говорить, ни пользоваться даже самыми примитивными электроприборами. Он не видит совершенно ничего плохого в том, чтобы сидеть в луже собственных экскрементов. Младенцы бесполезны. Глупые, хныкающие, блюющие, издающие трубные вопли, они разрушают жизни всем, кто окажется в диаметре полумили от них.

Конечно, если этот ребенок не ваш. В этом случае вы восторгаетесь его умением хватать ваш палец своей маленькой ручкой и готовы таскать его по всем самолетам, какие встретятся на пути.

Но почему? Почему ваш ребенок столь прекрасен и идеален, в то время как все остальные раздражают, как шум самолета тихим летним вечером?

Та же проблема с литературой. Есть такая книга – «Версаль: Шведский взгляд»[51 - Книга 1988 г., авторы Элайн Ди, Гай Уолтон, получила премию Diagram – юмористическая литературная премия, которая ежегодно дается книге с самым необычным, странным или курьезным названием.

]. Она хороша для игры в шарады, но как легкое чтение, на мой взгляд, вовсе не так уж удачна. Если, конечно, у вас нет экземпляра с подписью автора. В противном случае она вам начинает нравиться.

У меня есть экземпляр «Большой красной книги Монти Пайтона», подписанный всеми членами этой группы. В результате я считаю книгу своим самым драгоценным сокровищем, которое при возможном пожаре буду спасать в первую очередь.

Этот особый подход чувствуется и в других отраслях.

За деревушкой Келд в Йоркшир-Дейлс есть небольшая полянка. Там лишь трава, немного деревьев и кусок неба – все это можно найти на любой развязке в Милтон-Кинс. И тем не менее полянка, о которой я говорю, особенная, а развязка – нет. Почему? Не знаю. Это просто факт.

Теперь про iPhone. Как только мне показали фотографии на нем и я узнал, что их можно увеличивать, двигая пальцами по экрану, я понял, что мне он необходим. Я бережно его храню и всегда защищаю от наездов любителей BlackBerry.

А ведь это всего лишь провода и немного пластмассы. Его не подписывал Стив Джобс; я не рожал его в муках и не принимал участия в создании. Он не уникален, но для меня он особенный. И именно это, на мой взгляд, и определяет разницу между товаром, который вы хотите, и товаром, который вам нужен.

Особенно важна эта «особость», когда дело касается машин. Недавно в Top Gear я водил нечто под названием Eagle Speedster.