Нижние уровни

Вместо этото я выделил время на изучение данных на одном из экранов, где Информаторий уже собрал сведения о нашем набожном госте:

“Козлов Юрий Алексеевич. 56 лет. Не женат. Детей нет.

Работа: Священник села Дырькаево.

Судимость (23 года назад): незаконный оборот наркотиков.

ИВ: 15 ед. БВ: 425 ед. МВ: 720 ед.

Творческое развитие: Психик – коррекция Веры”.

– Для ускорения проведения расследования, Юрий Алексеевич, вам предлагается сотрудничество.

Необходимо ответить на ряд вопросов. Вы готовы? – казённо уточнил я.

– Я буду шаловаться! – не унимался старик, лишь раздражая нытьём и возмущением. – Я шнаю высших сановников церкви. Они не оставят без внимания подобный проишвол. Они вас всех приструнят…

– Если бы он только знал, сколько из них побывало в этих камерах, – задумчиво протянула мисс Спектр, наблюдавшая за представлением.

Я лишь покосился на начальницу и, сделав вид, что ничего не услышал, продолжил в микрофон заранее заготовленную речь, которую в меня вбили при обучении:

– Если вы не готовы к сотрудничеству, то останетесь в одиночестве на ближайшие сутки.

Питательные вещества будут вводиться внутривенно, удаление отходов жизнедеятельности осуществляться посредством механизмов.

На этом моменте старик заткнулся. Угроза была правдива и очень неприятна. Даже до самых тупых доходило на вторые-третьи сутки одиночества.

А старик явно не дурак. Более того, он имел судимость, а значит, знаком с концепцией “одиночки”, а то и “карцера”. И проверять на себе не хотел.

Вот только мне бы не хотелось затягивать, тем более потерявший всю Веру старик теперь не представлял опасности. По тому я уже прикидывал, какие пытки стоит применить, если угроза не подействует.

– Шего вы хотите, волки пошорные? Да проштит меня бог и швятой дух, – выдавил старик.

Казённая одежда не могла скрыть пусть и старческой, но поджарой и жилистой фигуры. А главное, взгляд. Пусть он и раздражал непреклонностью, но одновременно вызывал и уважение. Ещё в этом взоре пылал огонёк фанатичной Веры и ненависти… И вот от это по-настоящему бросало в дрожь.

– Нам нужна информация о произошедшем на главной площади деревни Дырькаево, где находится ваш приход.