Зимние Дацзыбао

За отказ от сотрудничества с немецкими властями был переведен в тюрьму Нюрнберга, затем в крепость Вайсенбург и наконец – в Освенцим, где в июле 1944-го и погиб.

Сведения об этом пришли из ФРГ, в 70-е. После чего дочь и внучка генерала, две несчастные одинокие больные женщины, начали получать скромную пенсию и им даже дали в Харькове целую однокомнатную квартиру. Жена его умерла ещё в Гражданскую – от голодного туберкулёза. При том, что он командовал Продармией! Лимон он ей не мог взять со складов… Неправильно это было.

Плохой пример. Так был человек устроен. Нынешним не понять. Да и тогда мало кто из советского и партийного начальства к своему долгу так относился. Старая косточка, солдат дореволюционной закалки. Как его однополчане звали – «Еврейский сын русского народа».

Никого не осталось от большей части тех, кого вспомнил. Все остальные члены семьи – с обеих сторон – работали в тылу как каторжные. Отец подростком, чудом уйдя от немцев, входивших в Днепропетровск, смог переплыть под бомбёжкой Днепр и добраться до Ташкента, куда эвакуировали бабушку.

Там работал на военном заводе, токарем. Сохранились тогдашние газеты… 700 % выработки, 800 % – списка Forbes тогда не было, так что в газетах писали про ударный труд. Мама студенткой рыла окопы… Много что в их жизни было. Но это уже совсем другая история.

* * *

Ну, Девятое мая прошло, можно и про другое поговорить. Коронавирус, идущий по миру экономический кризис, размером с Великую депрессию, нефтяной коллапс, кирдык потребительского рынка, сворачивание рынка услуг, капец туризму… Всё правильно.

Хотя по сравнению с тем, что было в войну, в НАСТОЯЩУЮ войну – детский лепет. Мелочи жизни.

Колоссальный непрофессионализм верхов, набранных в основном не по заслугам, которых у них нет и быть не могло, по неспособности ни к чему, кроме интриг, лизоблюдства в отношении вышестоящих, барства и хамства к нижестоящим, особенно к подчинённым – куда ещё грустнее. Вся эта гопа из родственников – жён с мужьями, тестей с зятьями, бывших сослуживцев и приятелей, впечатление на свежего человека производит печальное.

Но с забавными нотками. По Салтыкову-Щедрину и Гоголю. Новый вариант города Глупова, городничего со свитой и Хлестаковым, и паноптикума героев «Мёртвых душ».

Разрушительны они, как саранча. Что не сожрут, то прогадят в рамках непрерывного движения по кругу за собственным хвостом, именуемого у нас то нацпроектами, то оптимизацией и реформами, то модернизацией.