Азбука осознанности

Если ваше тело полностью одеревенело и утратило чувствительность, жизнь сводится к нулю, жизни больше нет; вы уже в могиле. Это делают мазохисты.

Atheism

Атеизм

Как теист, так и атеист слепы. И тот и другой – верующие. Единственный, кто прав – это агностик, который не является ни теистом, ни атеистом, кто просто ищет истину. У него нет системы верования, предубеждений, заранее запрограммированной идеологии. Я не вижу большой разницы между атеизмом коммуниста и теизмом Ватикана. Теизм Ватикана основан на вере.

«Капитал» – это Библия коммуниста; поскольку Маркс говорит, что Бога нет, в коммунистической стране это становится программой для каждого ребенка. И то и другое – вера: позитивная вера или негативная, но вера есть вера. Ни коммунист, ни Ватикан не знает.

Люди, которые знают, говорят, что о высшей реальности ничего сказать невозможно. Ее нельзя перевести в слова; она остается таинственной. Вы можете войти в нее, но ничего не можете о ней сказать. Вы можете наслаждаться ею, можете радоваться ей, можете танцевать ее; но язык слишком беден.

* * *

В этом состоит настоящая нищета философии: она не может выразить высший опыт медитирующего.

Только агностик может быть медитирующим. Он откладывает в сторону все программы, будь то запрограммированность теизмом или атеизмом – это не имеет значения. Все программы, весь ум необходимо отложить в сторону; вы должны войти в пространство не-ума.

В этом пространстве не-ума нет времени,

только настоящий момент и полное молчание,

и великая ясность,

и вы – сияющее существо

Здесь, Сейчас.

Б

Baggage

Багаж

Когда вы поднимаетесь выше, вам приходится бросить лишний багаж. На равнине вы можете нести много багажа; но когда вы начинаете подниматься в гору, вам придется решить, что вам не нужно, и бросить это. А когда вы подниметесь на еще большую высоту, придется выбросить кое-что еще.

Когда Эдмунд Хиллари достиг вершины Эвереста, у него не осталось никакого багажа.

Он стоял на вершине с пустыми руками, потому что мало-помалу ему пришлось выбросить все. Когда он начинал восхождение, было много вещей, снаряжения – всякие приспособления, кислородные баллоны… У него был научный ум, поэтому он взял весь этот багаж – и пятьдесят слуг, чтобы его нести. Но по дороге, на каждом привале, что-то приходилось выбрасывать, потому что нести дальше становилось невозможно. Нести самого себя было достаточно тяжело.