Землемер

Я всех признаю друзьями, кого ты только захочешь, но для любви нет места. Все уголки моего сердца заняты.

– Заняты? Ты шутишь! Неужели нет хоть маленького местечка?

– Да, правда, я забыл, что должен приготовить помещение для любви к брату, которым ты вскоре подаришь меня. Назови мне его, мой друг, назови, когда захочешь назвать, я готов полюбить его.

– Довольно с тебя и того брата, которым одарила тебя Аннеке; он прекрасный брат, лучше его ты не можешь желать.

– Хитришь, мой дружок, хитришь! Но чем скорее ты скажешь мне его имя, тем скорее я полюблю его.

Лицо Кэт от природы не было бледным; но когда я задал ей этот вопрос и взглянул на нее, конечно, больше из шалости, чем из желания узнать что-нибудь новое, щеки ее были совершенно красные. Маленькая касторовая шляпка не могла скрыть ее застенчивости, и я справедливо начал думать, что задел Кэт за живую струну. Но сестра моя была находчивая; в минуту оправилась от замешательства и с уверенностью сказала:

– Надеюсь, мой друг, что новый брат твой, если только ты будешь иметь его когда-нибудь, будет если не совершенно безукоризненным, то, по крайней мере, достойным твоего уважения.

– А, а! Вот новость! Оставим же господина Томаса в покое, мне не к чему расспрашивать о нем, потому что я должен его любить по ордеру; уверяю, что мисс Присцилла, которую, впрочем, я никогда не видел, гораздо больше интересует меня.

Я не спускал с Кэт глаз; впрочем, несмотря на небольшое замешательство, этот разговор был, кажется, приятен для нее.

– Расспрашивай, узнавай, сколько тебе угодно. Присцилла может выдержать самый строгий экзамен.

– Во-первых, чтобы понять, на кого намекала эта старая болтунья, говоря, что Бэйярды будут счастливы и рады? Неужели на Присциллу?

– Право, я не знаю что и ответить: какая хитрая, несносная эта миссис Лиджер!

– Так оба семейства очень любят друг друга?

– Кажется.

– И молодые и старые?

– Молодые? Это уж слишком, – сказала, засмеявшись, Кэт. – Ты забываешь, что до твоего приезда молодых, кроме меня, никого не было в Лайлаксбуше. Но так как в этом я не вижу ничего дурного, то скажу тебе, что исключений нет.

– Так ты любишь старика Бэйярда?

– Без сомнения.

– А старушку Бэйярд?

– Это прекрасная женщина, добрая супруга и нежная мать.

– А мисс Присциллу?

– Как свою душу! – сказала с жаром Кэт.