Где бы ты ни был

 – Он пнул бочку, лежавшую под разливочным аппаратом, потом выдернул из соседней краник, не обращая внимания на полившиеся оттуда пиво и пену. Пиво было старое, и пена у него была самая обыкновенная. – А вот краник.

Дион тем временем поставил кег на попа?, и Джерри вогнал краник в пробку.

– Ну что, выпускаем духа?

Он открыл краник на полную. Пиво бурным белым потоком хлынуло на пол, расплескиваясь во все стороны. В воздухе повис острый запах перебродившего хмеля. На желтых лужицах образовалась густая, плотная пена, начала подниматься и приобретать очертания – человеческие, женские.

Наконец она превратилась в ту самую красотку, которая стояла, протянув руки к Джерри.

Девушка продолжала расти. Сначала она была мужчинам по колено, потом – по пояс. Когда она стала ростом с Джерри, тот поспешно закрыл краник. Девушка поднялась еще немного и застыла. Впервые Джерри увидел ее во всей красе, обнаженную и совершенную, от макушки до лодыжек, утопающих в пене.

Девушка выглядела живой, словно скульптура, в которую вложено столько души, что даже холодный мрамор кажется теплым.

Пена слегка вздымалась и опускалась, точно красотка дышит и вот-вот сойдет с места.

– Что дальше?

Джерри посмотрел на Диона, тот пожал плечами.

– А что тебе подсказывает внутренний голос?

Джерри осторожно коснулся пены. Девушка шелохнулась. Джерри отдернул руку и потер пальцы друг о друга. Поморщился.

– Такое ощущение… странное, – сказал он и, глубоко вдохнув, коснулся девушки снова.

В этот раз она как будто потянулась навстречу.

Джерри отпрянул, и пенная красотка шагнула за ним и теперь стояла на бетонном полу, словно у нее были настоящие ноги и ступни. Ее молочно-белая грудь поднималась и опускалась. Глаза распахнулись, прозрачно-синие, как летнее небо, отражающееся в горном озере.

– Афродита Пенорожденная, – прошептал Дион.

– Это не пена, – тихо сказал Джерри, убирая руку. – Это кожа, теплая кожа.

– Вот она, сила любви.

Девушка раскрыла рот и произнесла свое первое, удивительно подходящее ситуации, слово:

– Любви…

Губы у нее были красные, язык – розовый.

Волосы, длинные и светлые, водопадом ниспадали на плечи. Кожа – молочно-белая. Нагота девушку нисколько не смущала.

– Вот это, я понимаю, полнотелое пиво, – удовлетворенно произнес Дион.

Джерри нерешительно поднял руку.

– Можно мне?.. – растерянно спросил он.

– Конечно, – прошептала девушка, изогнувшись ему навстречу.

Джерри тут же убрал руку.