Ева

Продюсер, режиссер, сценарист и консультант по техническим вопросам в одном лице – это уж как-то чересчур. До сих пор все его начинания оказывались удачными. У него был настоящий нюх на успех, и на киностудии он считался везунчиком. Не хотелось даже думать, сколько он зарабатывает в год.

– Ты правда не сможешь пойти с нами? – спросила Кэрол, слегка расстроившись. – Тебе следовало бы чаще видеться с Питером. Он может быть тебе полезен.

В последнее время Кэрол то и дело пыталась свести меня с нужными людьми, и это действовало на нервы.

Мне не нравилось, что она считает меня беспомощным.

– Полезен? – повторил я, делано рассмеявшись. – И как же, по-твоему? Кэрол, у меня все прекрасно… мне не нужна ничья помощь.

– Прости еще раз, – сказала Кэрол, глядя в окно. – Кажется, я сегодня все время говорю невпопад, верно?

– Дело вовсе не в тебе, – ответил я, подходя к ней. – У меня все еще болит голова, и я злой как черт.

Она обернулась:

– А что ты делаешь, Клайв?

– Делаю? Собираюсь поужинать. С моим… моим издателем…

– Я не это имею в виду.

Над чем ты сейчас работаешь? Ты провел в Три-Пойнте уже два месяца. Так чем ты занимаешься?

Эта была именно та тема, которую мне не хотелось обсуждать с Кэрол.

– Думаю над романом, – беззаботно ответил я. – Как раз набрасываю план. На следующей неделе всерьез преступлю к работе. Не волнуйся за меня. – И я попытался ободряюще улыбнуться.

Обманывать Кэрол было невероятно сложно.

– Приятно слышать, что ты пишешь роман, – сказала она, но взгляд ее помрачнел.

 – Хотя лучше бы это была пьеса. За роман ведь много не получишь?

Я вскинул бровь:

– Не знаю… права на экранизацию… на создание сериала… может, «Кольерс» его возьмет. Они заплатили Имграму пятьдесят тысяч долларов за право снять сериал.

– Имграм написал чертовски хорошую книгу.

– И я собираюсь написать чертовски хорошую книгу, – отрезал я, сознавая, что прозвучало это не очень убедительно. – Я возьмусь и за пьесу тоже. Но у меня возник замысел романа, не хочется, чтобы он перегорел.

Я с досадой подумал, что Кэрол сейчас начнет расспрашивать, про что будет книга, и мне придется вертеться, как ужу на сковородке. Так бы оно и случилось, но в этот момент появился Питер, и я вздохнул с облегчением.

Питер был одним из немногих англичан, добившихся успеха в Голливуде. Он по-прежнему покупал одежду в Лондоне, и костюмы с Саквилл-стрит замечательно сидели на его типично английской фигуре, широкой в плечах и сужающейся к бедрам.