Ева

 – Значит, еще увидимся? Ты собираешься вернуться в Три-Пойнт сегодня?

– Наверное, но, если совсем припозднюсь, переночую в пентхаусе, хотя хотелось бы завтра приступить к работе.

Когда они ушли, я налил себе еще виски и взял телефонный справочник. Там оказалось довольно много Марлоу. Когда я увидел ее имя, у меня от волнения пересохло в горле. Она жила в доме на Лорел-Каньон-драйв, и я понятия не имел, где это.

После недолгого колебания я поднял трубку и набрал ее номер. Послышались длинные гудки, затем щелчок, и кровь в моих жилах побежала быстрее, словно у потенциального съемщика, осматривающего дом.

Незнакомый женский голос произнес:

– Слушаю.

– Мисс Марлоу?

– Кто звонит? – Голос был настороженным.

Я усмехнулся:

– Она не знает моего имени.

После паузы женщина на том конце провода изрекла:

– Мисс Марлоу хочет знать, что вам нужно.

– Скажите мисс Марлоу, что лучше ей вести себя скромнее. Мне посоветовали ей позвонить.

Вновь последовала пауза, затем в трубке раздался голос Евы.

– Привет, – сказала она.

– Можно с тобой увидеться? – Я старался говорить низким голосом, чтобы она меня не узнала.

– Прямо сейчас?

– Через полчаса.

– Думаю, да. – В ее голосе звучало сомнение. – Я вас знаю?

«Ну и разговор», – подумал я и рассмеялся.

– Скоро узнаешь.

Она тоже рассмеялась. Ее смех по телефону казался очень приятным.

– Что ж, заезжайте, – согласилась она и повесила трубку.

Вот так, все получилось легко и просто.

Глава пятая

Лорел-Каньон-драйв оказалась узкой улочкой с россыпью провинциального вида каркасных домиков, прятавшихся за живыми изгородями.

Я ехал медленно, пока не увидел номер Евиного дома, выведенный краской на маленькой белой калитке. Припарковавшись у обочины, я вышел из машины.

Вокруг не было ни души, да и сам дом разглядеть было непросто. Стоило мне войти в калитку, и высокая живая изгородь укрыла меня от случайных взглядов с улицы. Я пошел по дорожке, которая круто спускалась к входной двери, скрытой встроенным крыльцом.

Дверным молотком служило железное кольцо, продетое сквозь фигурку обнаженной женщины. Это была красивая вещь, и я некоторое время рассматривал ее. Потом постучал и прислушался, чувствуя, как от сдерживаемого волнения колотится сердце.