Фиговый листок

– Есть идеи, как Джексон добывал наркотики?

– Нет. Тогда не хотел этого знать и теперь не желаю.

– Он наверняка зарабатывал кучу денег.

– Я говорил, по меньшей мере тысячу баксов в неделю. Молодых он подсадил крепко. Кое у кого были состоятельные родители, присылали деньги. У кого денег не было, воровали буквально все, что плохо лежало в Сайгоне, – туда их отправляли с передовой на недельный отдых.

– Куда же он девал такие деньжищи? Там он их потратить не мог.

Хэнк пожал плечами:

– Кто его знает.

Джексон был не единственным – торговцев наркотиками в армии хватало: в нашем подразделении – Джексон, и в каждом подразделении был свой пушер[3 - Пушер (сленг) – мелкий торговец наркотиками.]. Может, они собирали барыши и переправляли домой.

Наверняка все так и было, подумал я.

– Вам что-нибудь говорит имя Сид Уоткинс?

Хэнк подумал и покачал головой:

– Нет, в нашей части такого не было.

В дверях появилась миссис Смит:

– Хэнк, ты есть собираешься? Курица уже вся разваливается на куски.

Я понял намек, поднялся и пожал ему руку:

– Спасибо, Хэнк. Если понадобится еще что-то уточнить, могу ли я снова повидаться с вами?

Он кивнул:

– Конечно, только если это строго конфиденциально.

Уходя, я дружески улыбнулся миссис Смит, однако лицо хозяйки осталось непроницаемым. По-видимому, с ее точки зрения, я не был желанным гостем.

По дорожке я вернулся к своей машине. Даже в темноте я чувствовал на себе взгляды множества глаз.

Когда я садился в машину, из сумрака вдруг возник чернокожий широкоплечий верзила, одетый в темную рубаху с расстегнутым воротом и темные брюки из хлопка. Шагнув к моей машине, он положил две огромные черные ладони на раму ее открытого окна и просунулся в салон. От него несло джином.

– Белым не фиг делать в нашем районе, – негромко проговорил он с угрозой в голосе. – Вали отсюда, белый, и не возвращайся.

Я запустил двигатель, перевел автомат в положение «драйв» и затем, глядя на него снизу вверх, сказал:

– Сам вали.

И подальше, салага черный!

Я вдавил педаль газа в пол, и машина рванула с места. В зеркале заднего вида я увидел, как верзила шагнул на середину улицы с крепко сжатыми кулаками. Он был страшен, как разъяренная горилла.

Что ж, кое-что я выяснил. Митч Джексон вовсе не был благородным героем. Он был гнуснейшей сволочью на свете. Ублюдком, продававшим наркотики молодым парням, ни больше ни меньше.