Измене доверяют, как лисе

Где ее носит? Бросила его, испугалась и сбежала? Или ее застукали в клубе? Сделав над собой чудовищное усилие, он встал, опираясь на здоровую ногу. Словно в знак протеста, перелом под шиной запульсировал. Скрежетнув зубами, Эллис ухватился за край траншеи, подтянулся и окинул взглядом ровную лужайку. От волнения и боли ему стало дурно.

Вдалеке виднелось здание гольф-клуба. Увидев на дорожке женскую фигурку, Эллис облегченно вздохнул.

Что ж, теперь он хотя бы встал. Продержится, пока не придет девчонка. Эллис понимал: стоит лечь снова, и больше ему не подняться.

Нога ныла, по телу прокатывались горячие волны тупой боли.

Эллис чувствовал, как в венах пульсирует кровь, как к горлу подступает тошнота, как слабеет тело. Но он не сдавался. Выбросил руки вперед, вцепился в мокрую траву и ждал.

Заметив, что он высунулся из траншеи, Грейс перешла на неровный бег. На плече у нее была сумка, а вокруг запястья обмотана веревка: судя по всему, Грейс волокла по траве какой-то предмет.

– Зря вы так, – задыхаясь, сказала она, оказавшись у траншеи.

 – Нельзя было вставать.

– Помоги, – возбужденно сказал Эллис. – Я больше так не могу. Дай руку.

Наклонившись, Грейс схватила его за руку и потянула. Эллис стал потихоньку выбираться из траншеи: вскрикивал, чертыхался, кусал губы. От боли в ноге полыхало все тело. Наконец он, тяжело дыша, плюхнулся на траву. Подступила тьма, и он снова почувствовал, что балансирует на грани обморока. Грейс потащила его дальше. Эллис попытался двинуться, но не смог.

Ногу пронзила боль, и он снова выругался, после чего распластался на чем-то мягком и расслабился, потеряв интерес к происходящему.

Твердая прохладная рука приподняла его голову. Эллис услышал голос девушки:

– Все в порядке. Выпейте. Вам будет полезно. Это чай.

Чай!

Разлепив веки, он уставился на Грейс. Ее огромные встревоженные глаза были совсем рядом. Она поднесла чашку к его губам. Чай оказался крепким и сладким.

Кивнув, он отпил еще немного. Чай придал ему сил, смыл дурной привкус с языка.

Выпив всю чашку, Эллис вздохнул и снова улегся на траву.

– Отлично, – только и сказал он.

Тьма отступила, и его снова приласкало горячее утреннее солнце. Эллис понял, что лежит на носилках, а под головой у него – скатанное в трубочку одеяло.

– Я нашла еды, – сказала Грейс, – но лучше сначала перебраться в лес. Думаю, я смогу тащить носилки. У меня с собой веревка.

Блестящая мысль, подумал Эллис. Эта девица – далеко не дурочка.