Итак, моя радость…

Вэш снова отвернулся к окну, а Миш, окинув его внимательным взглядом, взялся за схемы, но только теперь ему не удавалось сосредоточиться. Врачом он, видите ли, хочет стать! А у этого черномазого губа не дура. С чего это он взял, что кто-нибудь захочет лечиться у негритоса?

Миш ощутил, что внутри у него зреет досада. Нет, ну если парень при деньгах хочет себе женщину, яхту, много еды и выпивки – это понятно, а вот идея о том, чтобы стать врачом, вывела его из равновесия. Он спрашивал себя, да кто, черт побери, захочет становиться врачом, если есть деньги? Вот в этом была загвоздка.

Это шло вразрез с его жизненной философией. Он знал, что врачи все время на ногах, у них нет ни минуты покоя, их вызывают по ночам, они сидят в тоскливых кабинетах, выслушивая чужие жалобы – от людишек, которым давно пора на кладбище, – тоже мне, мечта человека, у которого имеется триста тысяч!

Он отложил бумаги и снова взглянул на Вэша, который сидел, глядя в окно. Затем Миш покачал головой и пожал плечами. Да ладно, какого черта! Ему-то что за дело?

Полчаса спустя оба вышли из взятой Мишем напрокат машины – каждый нес по чемодану – и двинулись по узкой дорожке к коттеджу Мейски.

Сквозь занавески из окна пробивался свет, и дверь распахнулась, стоило Мишу поднести палец к кнопке звонка.

Мейски жестом пригласил их в дом.

– Надеюсь, до сих пор все шло гладко, – сказал он, ведя их за собой в небольшую, кое-как обставленную гостиную.

Джек Перри уже был здесь; устроившись в единственном удобном кресле, он размеренно попыхивал сигарой.

Вошедшим он равнодушно кивнул.

Мейски подошел к столу, на котором стояли бутылка скотча, стаканы и миска со льдом.

– Чандлера пока нет, – сказал он, – но мы можем начать и без него.

Он наполнил только два бокала, поскольку Вэш отрицательно помотал головой. Миш опустил свое крупное тело на стул, который заскрипел под его весом. Он взял один бокал, посмотрел, как Мейски протягивает Перри другой.

– Я попрошу вас примерить форму, – сказал Мейски.

 – Надеюсь, подойдет. Достать ее было непросто. А затем мы пройдемся по всему плану.

Звонок в дверь заставил его прерваться. Он пошел открывать и вернулся с Чандлером, который тоже принес с собой чемодан.

Чандлер вошел в комнату, кивнул всем остальным, поставил чемодан и взял бокал. Взглянув на него, Мейски понял, что тот недавно был с женщиной. Умиротворенного, пресыщенного выражения его красивого лица было довольно, чтобы Мейски пришел к такому выводу.