Карьера убийцы

Диллон, стоя на дороге, настороженно огляделся по сторонам и быстро растворился во мраке.

Майра замерла у окна, размышляя; лунный свет падал на ее лицо, жаркий ночной воздух ласкал кожу. Она легла в постель, но сон не приходил к девушке. Вылепленное из белой глины лицо стояло перед ней, словно мертвенно-бледный диск луны. Насмешливый голос Диллона звучал в ее ушах. Ягодица Майры горела от шлепка Диллона, ей пришлось свернуться калачиком на свалявшемся матрасе. Она мечтала о сне, который избавил бы ее от мук попранной гордости, но не могла заснуть.

– Ненавижу тебя! Ненавижу! – всхлипывала Майра. – Мерзкий негодяй!

Герни вел машину аккуратно. Ухабы на дороге требовали осторожности. Одна хорошая яма, и подвеска развалится. Диллон сидел рядом, надвинув шляпу на глаза. Временами Герни бросал взгляд на спутника. Он не мог раскусить Диллона. Интуиция подсказывала Герни, что Диллон способен помочь ему, привести к большим деньгам; очарованный этой мыслью, он все же сомневался в нем, не доверял ему полностью.

Это было на следующий вечер после знакомства Диллона с Батчем. Диллон встретился с Герни после закрытия лавки. Они ехали в захолустный городишко, расположенный в соседнем штате, где жил Фрэнкс. Мужчины решили нанести боксеру визит.

– Обрабатывать его будешь ты, – внезапно нарушил молчание Диллон. – Я буду находиться рядом. Ты знаешь, что сказать. Не церемонься с ним.

Герни задумчиво уставился на пыльную дорогу, залитую белым светом фар.

– У этого парня страшный удар, – смущенно произнес Ник. – Он может рассвирепеть от моих слов.

Диллон повернулся.

– Делай, что я говорю, – сказал он. – Я справлюсь с любым психопатом.

Он извлек из внутреннего кармана пиджака увесистый кольт, повертел его в руке, чтобы Герни мог разглядеть оружие, и убрал назад.

– Господи, – выдохнул Герни, – откуда он у тебя?

Диллон уставился на Герни из-под шляпы.

– Неужто ты испугался пушки? – спросил он.

Это было чересчур для Герни, но он промолчал, нервно покусывая губу. Спустя некоторое время он спросил:

– Ты не собираешься стрелять в него?

– Конечно собираюсь, если он что-нибудь выкинет, – сказал Диллон. – Мне это не впервой.

Старый автомобиль вильнул в сторону. Герни почувствовал, что у него дрожат руки.

– Я не хочу быть соучастником убийства, – произнес он.