Карьера убийцы

– Он проголодался, – ответил Голдберг. – Что еще я мог сделать?

Он поднял доску и прошел за прилавок. Похлопал своей маленькой ручкой по массивному предплечью жены.

– Мы ведь тоже знаем, что такое голод, – тихо добавил он. – Выручи его, Рози.

Она кивнула:

– Вечно одно и то же. Эти бродяги протоптали к тебе дорожку. Простофиля ты, Голдберг, вот что я тебе скажу.

Ее добрая, сердечная улыбка радовала Голдберга.

– Суровая ты женщина, Рози.

Он снова похлопал ее по руке.

Когда Эйб появился на кухне, мрачный Диллон сосредоточенно поглощал пищу.

Эйб постоял, переминаясь с ноги на ногу. Наконец он произнес:

– Кушайте, не спешите.

– Угу, – с набитым ртом отозвался Диллон.

Он сидел, не сняв шляпы, сжимая громадными волосатыми пальцами нож и вилку. Диллон произвел на Эйба сильное впечатление. От бродяги исходило ощущение дикой, необузданной силы, Эйб чувствовал ее. Она немного пугала лавочника.

Чтобы разрядить обстановку, Эйб спросил:

– Вы прибыли издалека?

Диллон снова поднял свои холодные глаза.

– Да, – обронил он.

Придвинув стул, Эйб опустился на него. Положил на стол свои маленькие чистые детские ручки.

– И куда держите путь? – спросил он.

Диллон отломил кусок хлеба от буханки, вытер им пустую тарелку, затем сунул в рот и принялся медленно жевать. Эйб почти не видел его лица – голова Диллона была по-прежнему опущена.

– Куда-нибудь подальше, – произнес бродяга.

– Хотите пива? – спросил Эйб.

Диллон покачал головой:

– Не употребляю.

Лицо Эйба посветлело. Наверно, он стесняется, подумал Голдберг.

– Хотите сигарету? – предложил Эйб.

Диллон снова покачал головой:

– Не курю.

Вдруг из лавки донесся крик Рози. Эйб замер.

– Что там стряслось с моей Рози? – произнес он.

Диллон молча поковырял спичкой в зубах. Эйб встал и направился в лавку.

Уолкотт перегнулся через прилавок, злобно глядя на Рози.

– В чем дело? – нервно спросил Эйб.

– В чем дело? – заорал Уолкотт. – Я тебе скажу, в чем дело, абрам проклятый! Она отказывается продавать мне в кредит.

Эйб кивнул.

– Верно, мистер Уолкотт, – побледнев, сказал он. – Вы нам много задолжали.

Уолкотт почувствовал испуг Эйба.

– Ты дашь мне то, что я прошу, или я тебя отделаю.

Он нацелился стиснутым кулаком в Эйба. Лавочник отпрянул назад, ударившись головой о полку.