Минутная слабость

Харди набрал воздух в легкие и беспомощно развел руками:

– Мопсик, это важно. – В его голосе прозвучала сталь. – Выражайся яснее. Эти джентльмены хотят знать, где я находился прошлой ночью. Ты – мой единственный свидетель. Я был с тобой до половины седьмого утра… так ведь?

После долгой неловкой паузы Джина сказала:

– Да, верно. Теперь я вспомнила точно.

Харди повернулся к Терреллу:

– Значит, я был здесь. Так что же случилось с мисс Парнелл?

Террелл посмотрел на Харди.

– Вам кто-нибудь звонил вечером?

– Нет.

– Вы выходили поесть?

– Нет… Джина приготовила ужин.

– К вам кто-нибудь заходил?

– Нет.

– Значит, я должен поверить вам и этой женщине?

– Надеюсь, этого достаточно.

Террелл повернулся к Джине:

– Если этот человек причастен к убийству и вы нас обманули, вы станете его пособницей… это тяжкое обвинение. Вы не передумали?

Прежде чем ответить, Джина отхлебнула из своего стакана.

– Я не имею привычки лгать.

– Что ж, я вас предупредил, – сказал Террелл.

Он кивнул Бейглеру, и полицейские покинули квартиру Харди.

Закрыв за ними входную дверь, Харди произнес:

– Спасибо, Мопсик, ты сыграла превосходно.

– Да? – сказала девушка, потянувшись за сигаретой.

Пока она зажигала ее, Харди прошел к бару и налил себе неразбавленного виски. Вернувшись, он опустился в кресло возле Джины.

– Кто такая Сью Парнелл? – спросила она.

– Так, пустое место, – ответил Харди, улыбнувшись. – Шлюха, если хочешь знать.

Она не спускала с него глаз.

– Понятно. Где ты был на самом деле прошлой ночью, Ли?

Он неловко поерзал.

– Мопсик… я тебе говорил. Я был с ребятами.

– Тогда почему ты не сказал это копам?

– Они стали бы проверять. Двое парней не в ладах с законом. Они не захотели бы говорить с Терреллом.

– Хорошие у тебя друзья, верно?

– Это бизнес, Мопсик.

– Ты вернулся в половине третьего. Ты мог убить эту женщину.

– Мог, но не убивал. Оставим эту тему, ладно? – решительным тоном сказал Харди.

– Мне не хотелось бы, чтобы когда-нибудь ты назвал меня старым, старым огоньком, который давно угас… шлюхой, пустым местом, – тихо промолвила Джина. – Мне бы это не понравилось.

– Я не стал бы говорить так о тебе, Мопсик… ты это знаешь.