Найди его, а я разберусь

В моменты просветления я говорил себе: ведь я же вижу, что она настоящая зараза, однако в моменты не столь просветленные я говорил: да какая разница?

Следующие дней пять или шесть она не выходила у меня из головы. Я не рассказывал Джине о том, как повстречался с Хелен на вечеринке, однако Джина обладала весьма неприятной способностью понимать, что у меня на уме, и я несколько раз ловил на себе ее недоуменный, вопрошающий взгляд.

На шестой день я более-менее дозрел. Эта потрясающая блондинка настолько захватила мои мысли, что я никак не мог сосредоточиться на работе.

Никто не взял трубку. За вечер я звонил трижды. На четвертой попытке, приблизительно в два часа ночи, трубку сняли, и я услышал ее голос:

– Алло?

– Это Эд Доусон, – сказал я.

– Кто?

Я усмехнулся в трубку. Это было уже откровенно шито белыми нитками. И подсказало мне, что она заинтересована во мне так же, как я – в ней.

– Давайте я освежу вашу память. Я тот парень, который возглавляет редакцию «Вестерн телеграмм» в Риме.

Тогда она засмеялась.

– Привет, Эд!

Так-то лучше.

– Мне одиноко, – пожаловался я. – Есть надежда, что ты согласишься встретиться со мной завтра вечером? Я подумал, если тебе нечем заняться, мы могли бы поужинать в «Альфредо».

– Ты не подождешь минутку? Мне надо свериться с записной книжкой.

Я ждал, понимая, что она решила меня проучить, но мне было наплевать. После двухминутной паузы она вернулась к телефону.

– Завтра вечером не смогу.

Мне следовало бы выразить огорчение и повесить трубку, но я зашел слишком далеко, чтобы отступать.

– В таком случае когда ты свободна?

– Скажем, в пятницу.

Оставалось еще три дня.

– Хорошо, значит, в пятницу вечером.

– Только я не пойду в «Альфредо». Есть какое-нибудь место поспокойнее?

Это заставило меня притормозить. Я не подумал о том, что нам опасно появляться на людях вместе, а вот она подумала.

– Да, верно. Как насчет маленького ресторанчика напротив фонтана Треви?

– Хорошо.

– Встретимся прямо там. В котором часу?

– В половине девятого.

– Ладно, тогда до встречи.

До пятницы моя жизнь потеряла смысл. Я видел, что Джина переживает из-за меня. Впервые за четыре года я срывал на ней свое раздражение. Я не мог сосредоточиться, был не в состоянии проявить интерес к текущей работе. На уме была одна Хелен.

Мы поужинали в маленьком ресторанчике.