Это Настоящий «Красный цветок», а не Ци-Гун «99 пальцев»

He laid me out with a crusher alongside the head that made everything crack, and seemed to spring every joint in my skull and made it overlap its neighbor. Then the world went out in darkness, and I didn’t feel anything more, and didn’t know anything at all – at least for a while… When I came to again, I was sitting under an oak tree, on the grass, with a whole beautiful and broad country landscape all to myself – nearly.[1 - Вышло у меня недоразумение с одним молодцом, которого мы прозвали Геркулесом. Он так хватил меня ломом по голове, что череп затрещал, а все швы на нем разошлись и перепутались.

Весь мир заволокла тьма, и я долго ничего не сознавал и не чувствовал… Когда я очнулся, я сидел совершенно один под дубом на траве, в прелестной местности (англ.).]

– No, up to here! – откуда-то сверху потребовал человек, в котором я узнал Анатолия Ивановича. Резко так, строго потребовал.

– Анатолий Иванович! – радостно потянулся я к нему…

– Up to here! – Он был непреклонен.

И я послушно добавил:

– CAMELOT – Camelot, – said I to myself.

I don’t seem to remember hearing of it before. Name of the asylum, likely.[2 - Камелот… Камелот… Нет, никогда не слыхал я такого названия. Вероятно, так называется сумасшедший дом (англ.).]

– Your mark is two! – зло крикнул Анатолий Иванович. Или это мои возницы собачатся между собой?

– Asylum, – скрипят колеса, – Asylum, Asylum… Эсайлем.

Я лежу лицом вниз, глаза закрыты, но вижу стол возле большого окна, цветы на белом подоконнике с облупленной краской… он, Анатолий Иванович, задает мне учить наизусть огромный кусок текста.

Не стихов, а прозы. Нарочито меланхолично говорит: «From here»… Затем смотрит на текст, отмечает конец фрагмента и говорит: «Up to here». Поднимает взгляд на меня, понимающе улыбается, сдвигает карандаш на пару абзацев ниже и говорит: «No, up to here!»

– Asylum, – скрипят колеса, – Asylum, Asylum… Эсайлем.

А вдруг это и впрямь какой-нибудь «Камелот», эсайлем, дурдом, куда сдают буйных? А кто я?

– Asylum… А-а! – Спица воткнулась в мозг: мои возницы в очередной раз раскачали телегу.

Свет погас…

– Dove? Casa o pergola? (Куда? В дом или под перголу?)

Мой последующий “приход” из небытия показал, что выбор сделан в пользу перголы. Пахло пряными травами, ветер временами тискал кроны деревьев, и они постанывали в ответ. Настырная птица сыпала и сыпала рулады. Кто-то рядом крикнул: “Очнулся!”, и вот уже теплая рука властно приникла к моему запястью – отмеривать пульс.