Не мое дело

– Скорее ломайте дверь, – сказал я, прежде чем он успел открыть рот. – Там пахнет газом.

Глава пятая

Попыхивая сигаретой в «бьюике», я наблюдал за деятельностью, которую полиция развернула как в самом коттедже, так и за его пределами.

Корридан не ожидал встретить меня. Справившись с удивлением, он напустил на себя официальный вид, а речь его стала отрывистой.

Но сперва он спросил:

– Какого черта вы здесь делаете?

Потом он тоже учуял запах газа.

– Вам здесь не место. И незачем так на меня смотреть.

Это дело полиции, и репортеры здесь не нужны.

Я начал было спорить, но он оттер меня в сторону и велел одному из полисменов:

– Проводите мистера Хармаса за пределы участка и проследите, чтобы он там и оставался.

Мне хотелось ударить полисмена в нос, похожий на птичий клюв, но я знал, что этим ничего не добьюсь. Поэтому я вернулся к машине, уселся в салон, закурил сигарету и приступил к наблюдениям.

С помощью второго полисмена Корридан одолел входную дверь.

Оба вошли в коттедж, а первый полисмен остался у ворот, хмуро глядя на меня. Я нахмурился в ответ.

Прошло несколько секунд, и я увидел, как Корридан открывает окна. Потом он скрылся из виду. Над лужайкой поплыл тошнотворный запах газа. Я прождал пятнадцать минут. Ничего не происходило. Затем к дому подъехала машина, из которой вышел высокий тип зловещей наружности. В руке у него был черный саквояж. Высокий перемолвился с полисменом, и они вместе ушли в дом.

Хоть я и не ясновидец, но понял, что этот человек – деревенский врач.

Через десять минут зловещий тип вышел во двор. Я ждал у его машины. Открывая дверцу, он смерил меня резким неприязненным взглядом.

– Прошу прощения, док, – сказал я. – Я репортер. Вы не могли бы сказать, что здесь происходит?

– Все вопросы к инспектору Корридану, – отрезал он, после чего сел в машину и уехал.

Полисмен у ворот усмехнулся, прикрыв рот рукой.

Через некоторое время из коттеджа показался второй полисмен.

Шепнув что-то своему коллеге, он торопливо ушел по проселку.

– Наверное, Корридан заказал глазированное яблоко? – сказал я, обращаясь к полисмену у ворот. – Только ничего не говорите. Пусть тайна остается тайной.

Полисмен сочувственно улыбнулся. Я видел, что он не прочь посплетничать и ему не терпится с кем-нибудь поболтать.

– Ему велено привести миссис Брэмби. Ту, что приглядывает за домиком, – сообщил он, удостоверившись, что рядом только я.